Автор
В ненастоящем мире числа и бесконечных звонков, где каждое прикосновение к телефону вызывает тревогу. Федор Иванович — мерзавец-бандит, чьи поиски всегда сопровождаются страхом. Я молила, чтобы перестал звонить, но он оставался как святой гравий в моей жизни.
Сопровождаемое его тяжелым взглядом.
Пожалуйста, не дави! Дай мне хотя бы подумать! Я не хочу думать, что врать тебе — это мой единственный выход.
Хотя, конечно же, других нет!
— Что ж, Цветочек, тогда давай будем считать, что я дам тебе в долг, — неожиданно Влад пожимает плечами, — вернешь потом."
"Печальный смешок вырывается у меня изо рта.
— Не смеши. С чего же я тебя верну? С тех денег, что ты сам мне выделяешь «на помаду»?
— С продажи квартиры, например. Квартира в Москве — недешевое удовольствие. Даже если квартира не потрясающая, она все равно чего-то да стоит.
Я даже слегка не догоняю о чем он, а когда догоняю… Чувствую себя конченой идиоткой.
— Ты думаешь, суд будет успешным? И мамину квартиру целиком признают моим наследством?
— Я не думаю, я это точно знаю, — Влад откликается невозмутимо, — суд послезавтра, после займемся оформлением бумаг. Ты же не собираешься съезжать от меня, дорогая будущая мать моего наследника? Можешь забрать милые сердцу вещи из детства…
— Если они там остались…
— …Отремонтировать и продать.
Слов нет, одни звуки.
Выход на самом деле почти гениальный.
И чисто теоретически, всю эту схему я могла и сама придумать. Но про этот суд с отчимом за мамину квартиру я совсем забыла — голова была забита чем угодно, но не этим.
Вот только для Влада этот медведь был уже не только убитый, но и разделанный. Из ушей уже даже суп сварить успели.
— А ты позволишь мне вернуть тебе этот долг? — я вздыхаю, пытаясь выдохнуть скопившееся внутри меня напряжение.
— Ну что ж, раз мы обо всем с тобой договорились — займись уже своим завтраком, Цветочек. Сумму можешь написать на салфетке, завтра деньги будут у тебя на счете.
Влад утыкается в тарелку, безмятежный и невозмутимый, будто ему вообще нормально давать кому-то такие долги с непонятной перспективой погашения.
В тарелку с супом я утыкаюсь послушно, но без особого вдохновения. Есть по-прежнему не хочется.
Итак, решение найдено. Причем такое, что почти устраивает мою воспаленную совесть.
Врать как будто бы не надо. Мой муж все себе придумал сам, я даже головой не кивнула, чтобы ввести его в заблуждение.
