Автор
В ненастоящем мире числа и бесконечных звонков, где каждое прикосновение к телефону вызывает тревогу. Федор Иванович — мерзавец-бандит, чьи поиски всегда сопровождаются страхом. Я молила, чтобы перестал звонить, но он оставался как святой гравий в моей жизни.
"
"Лана Михальчук втоптала бы меня в паркет, если бы я вовремя не отскочила в сторону. Препятствовать ей — опасно и для психического здоровья, и для карьеры. С девушкой босса, как известно, не спорят. А уж с той, кто вот-вот станет его невестой — тем более. Да-да, невестой. Я месяц была перегружена еще и из-за организации вечеринки в честь их помолвки. И вот сегодня она наконец должна состояться. Так что… Да, ей можно без записи. Если она не вовремя — он сам её на место поставит…
— Лана? — я успеваю услышать голос Владислава Каримовича до того, как закрывается дверь.
— Я была в ресторане, — с порога взвизгивает его звезда, и в её голосе слышатся слезы, — Влади, что за ерунда с цветами? Я же говорила, что терпеть не могу эти идиотские тюльпаны. Я не какая-нибудь дешевка Я просила тебя — пусть оформят зал гортензиями! А там чертовы тюльпаны в каждой вазе…
Дверь захлопывается, но я услышала более чем достаточно, чтобы замереть истуканчиком и облиться холодным потом.
Цветы заказывала я. И готова поклясться — я все сделала как надо.
К телефону я бросаюсь стремглав, едва не свернув себе ногу и не сломав каблук.
Звоню в цветочный. Долго и путано объясняюсь с продавщицей, ищу среди своих бумаг стикер, на котором я записывала номер заказа.
— Девушка, мы ведь заказывали гортензии. Почему вы прислали тюльпаны?
Продавщица с той стороны трубки некоторое время молчит, чем-то клацает, а потом невозмутимо отвечает.
— Да, все верно, в первоначальном заказе были указаны гортензии. Но вчера в заказ были внесены изменения.
— Вы всегда вносите изменения в сделанные заказы? — зверею. Ну как так можно?
— Нам назвали номер заказа и звонили с вашего же номера телефона. Девушка, примите витаминки для памяти. У нас, если хотите знать, даже запись разговора имеется. Так что претензии не принимаются.
Она вешает трубку, и мне в ухо мерно барабанят гудки телефона. Но я не слышу. Я слышу только набат траурного колокола по мою душу.
За цветы, платье, рассылку приглашений, выбор оформителей и музыкантов отвечала я.
— Ну и выходи тогда за себя замуж сам! — возмущенно хлопает дверь кабинета, и девушка босса яростной фурией пролетает мимо меня.
Вот теперь мне точно конец…
2. Маргаритка
— Маргаритка, ко мне в кабинет, живо!
Боже, все-таки да! Все-таки это свершилось. Я знала, я ожидала, но все-таки с трудом удерживаю себя на ногах.
