В комнате полным ходом играет музыка, а сосед по коридору продолжает дрыхнуть на полу, оставив после себя легкий потоптанный след. Три барышни в футболках и джинсах позируют перед зеркалом — явление непредсказуемое для любого уважающего себя студента. Но Захар не обижается, он давно оценил этот шанс на счастье. Вопрос лишь в том, что же он там делает?...
Которых я была готова обнять и расцеловать в обе щеки за возможность без опоздания приходить в универ.
– А вообще, Ванька в средней школе дохлый был. Худющий, как шпала, – на какое-то время отрывается от вожделенного стейка Волков, чтобы поделиться со мной секретами своего семафорящего друга. – И девчонки на него внимания не обращали. Совсем.
– Ну, Волк, – Иван обиженно закусывает нижнюю губу, пытаясь воззвать к Сашкиной совести, но та то ли спит беспробудным сном, то ли отсутствует, как явление. Что меня несказанно радует.
– Это потом он в кадетку поступил, в плечах раздался…
– Но так и остался балбесом, – вмешивается в рассказ Лиза, заставляя меня давиться крепким черным чаем с бергамотом и корчиться от безудержного смеха.
– Друзья, называется, – угрюмо бурчит Филатов, с грохотом отодвигая стул, и шлепает в сторону коридора, на ходу роняя: – Кнопка, ты едешь? Я машину вызвал, засиделись уже.
Встаю из-за стола, не желая упускать возможность прокатиться на такси за чужой счет, в конце концов, на новую работу я пока не устроилась, а отложенные сбережения медленно, но верно тают, а брать в долг у родителей не хочется.
Но сосед сегодня бьет все рекорды кротости и адекватности: молчит в плавно скользящем лифте, не сует пипидастр в руки, не предлагает вылизать до блеска его квартиру и даже открывает двери приехавшего за нами форда.
– Я вообще-то не такой придурок, как тебе могло показаться, – Иван неуклюжим движением ерошит волосы и снова замолкает, а мне прямо не терпится проверить, в какой фазе на этой неделе Луна и в каком из периодов ретроградный Меркурий.
Потому что видеть обычно уверенного в собственной неотразимости Ивана таким вот слегка растерянным непривычно, и мне приходится даже тереть глаза, чтобы убедиться, что я не попавшая в Зазеркалье Алиса.
За окном уже успело стемнеть, в салоне автомобиля сумрачно и по-особенному уютно. Негромкая спокойная песня, льющаяся из радиоприемника, не раздражает слуха, свет фонарей не пробивается сквозь тонировку и не мешает постыдно задремать в присутствии двух посторонних людей. Кто ж виноват, что я дрыхну как сурок в любом виде транспорта, стоит ему только тронуться в путь."
"– Кнопка, пора вставать.
