В комнате полным ходом играет музыка, а сосед по коридору продолжает дрыхнуть на полу, оставив после себя легкий потоптанный след. Три барышни в футболках и джинсах позируют перед зеркалом — явление непредсказуемое для любого уважающего себя студента. Но Захар не обижается, он давно оценил этот шанс на счастье. Вопрос лишь в том, что же он там делает?...
Какая тебе невеста, если ты за енотом уследить не можешь?
От насмешливой Аленкиной тирады я буквально захлебываюсь возмущением, теряя и дар речи, и все цензурные слова разом. Выдаю невразумительное бульканье, состоящее из одних междометий, и никак не могу собрать цельную фразу, не лишенную смысла.
– Это ты еще в ванной не был, – многообещающе тянет Кнопка, добивая мою слабеющую веру в спокойный тихий вечер, и, щелкнув меня по носу, заявляет: – и убираться там я не буду. Потому что, в конце концов, это твоя зона ответственности!
Не испытывая ни капли сострадания к ближнему своему, Васька уносится на кухню, жизнерадостно звеня посудой, открывает кран и что-то там полоскает.
Закинув мокрые полотенца, шорты и майки в стиралку и устранив лужу на полу размером с озеро Байкал, я умываюсь, подставляя разгоряченную голову под струи ледяной воды, и в который раз задаюсь вопросом: что со мной блин не так? Почему я должен быть нянькой полосатой зубастой зверюге, размотавшей целый рулон пятислойной туалетной бумаги, вместо того, чтобы смотреть с какой-нибудь красивой девушкой фильм в кинотеатре или есть фисташковое мороженое на лавочке в парке?"
"– Филатов, завязывай с нытьем! Я ужин разогрела, – сквозь открытую дверь до меня доносится бодрый голос Аленки, которая, видимо, лучше самого меня знает, что происходит в моей бедовой башке.
Наскоро обтеревшись полотенцем, я иду на запах пикантной курицы с чесноком, курагой и зеленью и думаю, что надо обязательно позвонить Волкову. Узнать, как он умудряется справляться с капризами беременной Лизы, которая и раньше не отличалась кротким характером.
– Вась, почему вся фигня вечно происходит со мной? – я подхожу к поглощенной приготовлением салата девушке сзади и выдыхаю приклеившиеся к языку слова ей в шею, незаметно для самого себя пристраивая ладони у Алены на бедрах.
– Ты знаешь, Филатов, я второй день задаю себе тот же вопрос.
