Автор
В комнату заходит соседка, и я не могу удержаться от меланхолического замечания о том, что результаты определенно будут известны позже, но сейчас мне просто нужно было вывернуться из этого круговорота. Тут узко – настоящий кошмар, зато у входа прямо – спасение в беде. Кажется, мать заметила мой внутренний конфуз и не отставит меня, пока результаты не станут известны....
Мне приходится сесть на тот же ряд, что и им. Уткнуться в конспекты и поднимать голову только на доску, когда там что-то соизволит написать Юрий Рудольфович. Правая сторона лица немеет от желания сделать ее как можно более равнодушной. В аудитории тихо -тихо, только скрип ручек – завтра же зачет, и никто не хочет выводить из себя нашего нервного преподавателя.
И потому я особо хорошо улавливаю каждое движение на находящихся от меня правую руку стульях. Не пропускаю ни один приглушенный смешок, шепотом брошенное слово, кажется, даже взгляды чувствую.
Она сидит крайней, рядом с Сашкой, и будто специально каждый раз пригибается к нему, когда хочет им что-то сказать. Кладет как бы между прочим руку Лютику на локоть или плечо. И у меня жжет аналогичное место на теле. Она убирает руку от него, а меня все равно продолжает потряхивать от ревности, на которую никаких прав у меня нет!
И это убивает больше всего.
С трудом досиживаю до перерыва и первое, что делаю – переношу свои вещи на единственный свободный стул в первом ряду. Лучше я буду сгорать от неизвестности, что у них там происходит, чем точно знать, что Киселева спокойно может его трогать, а я – нет!
***"
"На перерыве половина ребят высыпает в рекреацию, и я вместе с ними. Присоединяюсь к кружку мало знакомых девчонок – болтаем ни о чем.
Я слышу взрывы беспечного смеха, доносящиеся оттуда, и каждый раз мне кажется, что это именно Сашка ржет. Я так внимательно прислушиваюсь внутри себя, только создавая видимость, что увлечена общим разговором, что, когда чужая рука ложится мне на плечо, это оказывается полной неожиданностью.
Вздрагиваю и оборачиваюсь. Арсений.
– Привет, напугал, – прикладываю руки в груди, переводя дух и облегченно улыбаясь.
– Привет, Лиза, – ладонь с моего плеча перемещается на талию и там остается.
Арс тянется к моим губам, и я даже не уворачиваюсь. Легкий, ничего не значащий поцелуй, который я бы могла подарить и Владе. Не Лешке конечно ее, но…
– Девчонки тебя переодели? Тебе очень идет. Только ты будто строже, старше стала, – улыбается Арс, бегло оглядев меня.
