Автор
В темном кабинете моего нового хозяина — где мир суеты останавливается на мгновение — я стою, дрожащая и неуверенная в себе. Дерево для стен и массивные шторы из тёмного холста создают уютную и неприступную атмосферу, которая говорит о силе и незыблемости хозяина.
Тело живёт своей жизнью, отказываясь подчиняться. Крупная дрожь прибегает по спине.
— Ты плохо слышишь? — переспрашивает он.
Властность и сталь в его голосе заставляют меня выйти из оцепенения.
Дрожащими руками я опускаю вниз замочек своего платья. От нервов он заедает на пол пути, и я дёргаю его, чтобы расстегнуть как можно быстрее.
— Не так, — останавливает он мою поспешность. — Медленнее.
Рвано выдыхаю и закусываю губы, чтобы не разреветься. Он хочет ещё больше меня унизить? Указать на моё незавидное место?
— Если и дальше так будешь, я решу, что ты меня не хочешь, — усмехается он, будто сказал какую-то только ему одному понятную шутку.
Поднимаю на него взгляд. Внутри всё кипит от негодования. Еле сдерживаюсь, чтобы не закричать ему в лицо: «Да я тебя ненавижу, мерзавец! И никогда не захочу!».
Но мои крики застревают внутри горла так и не вырвавшись на свободу.
Губы мужчины складываются в злую усмешку.
— Хочешь доставить удовольствие своему хозяину?
Не могу больше терпеть это унижение.
— Подойди ближе.
Мои шаги тяжёлые, как у заключённого, идущего по эшафоту к своему Палачу.
Я останавливаюсь возле него."
"Смотрю в красивое мужественное лицо. Холодные карие глаза подёрнуты похотью. Его халат распахивается, когда он наклоняется вперёд, обнажая мощную грудь и крепкие кубики пресса. Ёжусь от осознания того, насколько он огромный и сильный по сравнению со мной.
— Возьми своё платье за подол и поднимай вверх, — командует он.
Я бы хотела исполнить просьбу, но руки будто задеревенели от ужаса.
Палач наклоняется вперёд и пробегает пальцами по обнажённым ногам.
Когда наши тела соприкасаются, меня будто током прошибает. Хочется отпрыгнуть в сторону, но я сдерживаю свой порыв и остаюсь неподвижной.
Ловкие мужские пальцы поддевают платье и тянут его вверх, обнажая меня ниже пояса.
Сдвигаю ноги плотнее, а сама застываю.
В голове совершенно пусто.
Ничего не чувствую.
Еле сдерживаюсь, чтобы не плакать. Ведь это не вызовет в нём жалости — только раздражение.
— Не хочешь меня? — тёмные угли его глаз выжигают во мне дыру.
Две капли, всё же, стекают по щекам.
— Не смей реветь! — зло рявкает он. — Ненавижу плачущих баб!
Я быстро вытираю щёки ладонями.
— Любая шлюха была бы счастлива оказаться на твоём месте. Будь благодарна судьбе. Тебя мог оставить себе Старый. Ты бы его с большим удовольствием обслуживала, да?
Испуганно мотаю головой.
— Я могу получить любую… — задумчиво произносит он.
