Автор
В темном кабинете моего нового хозяина — где мир суеты останавливается на мгновение — я стою, дрожащая и неуверенная в себе. Дерево для стен и массивные шторы из тёмного холста создают уютную и неприступную атмосферу, которая говорит о силе и незыблемости хозяина.
— Тебя позже позовут.
Глава 27
Лира
Комната, в которую меня отправляют оказывается наполнена красивыми девушками в вечерних платьях.
— О, новенькая! — восклицает изящная блондинка, держащая фужер шампанского. — Проходи, не стесняйся.
Я делаю несколько шагов вперёд и опускаюсь на свободный стул.
Опускаю глаза, всё ещё мокрые от слёз.
— У тебя тушь потекла, — бросает мне всё та же блондинка. — Иди сюда, помогу.
Не дожидаясь моего ответа, она подсаживается рядом и достаёт из сумочки носовой платок.
— Тебя как звать?
Мне сейчас совсем не хочется ни с кем общаться. Всех вокруг я теперь воспринимаю как потенциальных врагов. И тех опасных и безжалостных мужчин, что остались за круглым столом, и этих прелестных молодых девушек.
— Лира, — тихо отвечаю я.
— А я Сафина! — блондинка протягивает мне руку. — У тебя какой номер?
— Что? — я хмурю брови. — Ты о чём?
— Ну на аукционе у тебя какой номер?
— На каком ещё аукционе? — сердце в груди начинает биться быстрее.
— Ой, я подумала, раз ты тут, то тоже участвуешь, — пожимает плечами девушка. — Ты с кем пришла?
— Палач, — тихо произношу я ненавистную кличку.
— Оу! — глаза девушки округляются. — Вот это да!
— Что?
— Расскажи, как он в постели? — усмехается девушка. — До меня некоторые слухи доходили, — она переходит на шёпот. — Говорят, он ну ооочень хорош, — она закатывает глаза в притворном экстазе. — Даже притворяться не нужно.
— Я не знаю, — пожимаю плечами я.
Девушка непонимающе моргает.
— Как это?
— Долгая история, — отмахиваюсь я, отчего-то краснея. — А что это за аукцион такой? — решаю сменить тему разговора.
— Ну, — девушка делает внушительные глоток шампанского, пачкая края стакана красной помадой. — Если одному из мужчин надоедает девушка, или он просто хочет на ней подзаработать, то выставляет её на аукцион. А кто-то другой покупает её.
У меня от паники округляются глаза.
— Да ты чего испугалась? — смеётся девушка. — Тут за всем следят пристально. Никогда ничего плохого ещё не происходило. Зато вот можно за одну эту ночь заработать как за полгода. Тут все хотят посорить деньгами, поэтому не скупятся. Девушке идёт только сорок процентов. Ещё сорок идёт её хозяину, а двадцать отходит Старому. Ну Аркадию, в смысле.
— А он тут каким боком замешан? — спрашиваю я.
— Детка, — усмехается Сафина.
