Как думаете, что случилось с моими планами, когда я ждал четыре часа нужную мне папку с документами?
– Сами виноваты… Могли бы попросить Свету. Или Машу…
Взгляд жёстче становится.
– Если я приказал принести её тебе – должна выполнить именно ты.
Вздыхаю.
Это бесполезно.
Он ведь невыносимый. Всегда стоит на своём. Не переубедить – и всё.
– Дай рубашку, – быстро меняю тему.
– Ладно, – холодно чеканит.
И тут же жестокие губы накрывают мой рот.
Какого?..
Он с ума сошёл!
Пытаюсь сдержать его проворный и безумный язык, желающий проникнуть глубже.
Снова толкаю Назара в плечи. Лишь бы отстранился. Лучше прекратить это сейчас, а не тогда, когда я не смогу это сделать.
Именно.
Мне страшно, что я не дам отпор.
С каждым его диким движением – ноги слабеют, как и подрагивающие пальцы, впивающиеся в его белую рубашку. А босс наступает. Прорывает оборону в виде моих зубов, хватает подбородок пальцами, не давая отпрянуть. Проникает глубже. Целует страстно, сочно, с эмоциями.
И толкнуть не могу. Расслабляюсь, не отвечая, но впуская в себя сладкую эйфорию, кружащую голову.
Мамочки…
Стон вылетает неосознанно.
Как и протестующее мычание.
Нет-нет! Ужасное ты тело – не предавай меня!
Впиваюсь ногтями в его плоть.
А Назару хоть бы хны! Продолжает насиловать мой рот, нападая. И самое хреновое в этой ситуации – мне нравится. Ненавижу себя за эту маленькую слабость, но ничего не могу поделать. Отвечаю неосознанно.
И всё прекращается.
Распахиваю глаза и матерю себя. И его! Улыбается, как идиот. И, видимо, чтобы не слышать мои крики, проходит мимо меня, возвращаясь обратно в кабинет.
Я отдышаться не могу.
Назар сделал это. А я ответила. Как дура. Маленькая девочка, что ни разу не целовалась. Но голову сорвало. У меня секса давно не было. Очень давно.
Последний – с Назаром же. Никого из мужчин не воспринимала. Ненавидела. А с Женей не хотелось – он мне как брат был. Только в последнее время что-то развиваться начало. Но каждый раз, когда мы начинали целоваться, ласкать друг друга – Ариша плакала в соседней комнате.
Дерьмо.
Я ненавижу Айдарова, а тело отзывается.
Но! Не факт, что только на Назара.
Просто меня так никто не целовал в последнее время. С дикостью, страстью.
Рубашка в лицо летит. Пахнет вкусно. Долбанная пачули. Уничтожить бы её.
Ловлю ткань. И опускаю её на стол, рядом с раковиной. Снимаю пиджак, смотря на мужчину через зеркало. Уже не стыжусь. Плевать.
Злюсь. На нас обоих.
– Ты не имел на это права, – шиплю. – Я не разрешала.
