Автор
Дрожь стекол заставляла меня чувствовать себя как зеркало душ, отражающее бурные отношения родителей. С каждым капелькой дождя на стекле я чувствовала под собой слезы, напоминая о моей одиночестве и внутреннем молчании в этом большом доме.
Волчица дернулась, плотнее заслоняя собою дверь. Колебалась, не решаясь вернуться в дом и явно желая прогнать меня.
— Не подойдешь к ребенку? — жестко спросил я.
— Уходи, — зло выплюнула она в мою сторону, скрываясь по ту сторону двери.
Я вошел следом.
Кларисса стояла, склонившись над подвешенной к низкому потолку колыбельке, покачивая ее и что-то ласково нашептывая ребенку. Малыш угомонился, давая о себе знать редкими всхлипами.
Я подошел и встал рядом, вглядываясь в пухлого младенца, завернутого в одеяльце. Рыжий пушок волос на голове, темные глазенки внимательно смотрят в мою сторону.
«Неужели мой?» — затрепетали мысли в голове.
— Посмотрел, теперь уходи, — Кларисса не смотрела в мою сторону. Вынула ребенка из люльки и развернувшись ко мне спиной, скрыла от меня малыша.
— Мне его покормить надо. Он голоден.
— Кларисса, он мой? — не удержался я от вопроса.
— Это имеет значение? — она обернулась, иронично сверкнув глазами.
— Нет, — попытался сказать я как можно тверже, хотя сердце грызла шальная мысль — «не обманываю ли я ее и себя.
— Сомневаешься, — Кларисса покачала головой, цокая языком, — так зачем же ты пришел?
— Вернуть тебя.
— Возьмешь с чужим ребенком?
— Возьму. Воспитаю, как своего.
Кларисса с минуту молчала, покачивая на руках малыша.
— Он твой. Твой сын. И он оборотень.
Обожгла меня взглядом, крепче прижимая ребенка к груди.
— Что будешь делать, убьешь его? Ведь это же твоя работа.
— Уже нет, — покачал я головой и, подойдя к ним вплотную, заключил в бережные объятья.
Не отпущу.
***
После скромной брачной церемонии я перевез Клариссу с сыном на виллу «Соленый ветер». Нам хорошо будет здесь жить. Совсем рядом дом Брендона и Аделии. У них тоже подрастает сынишка, так что сам бог велел дружить семьями.
При первой встрече с соседями Кларисса заметно волновалась.
— Меня только одно звучание их титула пугает. Я представления не имею, о чем с ними говорить, — жаловалась Кларисса, ища моей поддержки.
— Все будет хорошо. Аделия прекрасная женщина. Вы подружитесь, вот увидишь, — убеждал я жену.
Я не ошибся. Дамы быстро нашли общий язык, оставив нас с Брендоном нянчиться с детьми. Их сын Сол был на год старше нашего Глена. Обычный подвижный ребенок, не унаследовавший сущность своего отца. Я крепко прижал к себе своего волчонка, спокойно посапывавшего во сне на моих руках. Все в твоей жизни будет хорошо, сынок, папа обязательно об этом позаботится.
