В забытых дотемпоральных крепостях, среди уцелевших строений орсов, наша главная героиня, талантливая агента по имени Лира, находит себя. Несмотря на нежность и решимость в глазах своего близкого друга-орса, она продолжает бороться за справедливость во власти кровожадного императора. Атмосфера здесь тускло мерцает светом прошлого, сквозь мрачные каменные стены и витиеватое шаманство королей....
В своей неподвижности и молчаливости он выглядит ещё опаснее. Вообще-то, хищником в любых стычках всегда ощущала себя — я.
Первый раз я чувствую себя… добычей?
Это этого ярюсь сильней, но приструниваю себя. В данный момент, очевидно, я совершенно не контролирую ситуацию. Совершенно не ясно, кто это такой, да и выяснять я не собираюсь.
Продолжая следить за незнакомцем, тяну руку к своему шлему на сиденье ультрабайка…
Вот же быстрый, мать его!
Ни повышенная готовность, ни глубокий пси-режим, ни одно из всех моих умений — не помогают.
Я схвачена, обездвижена, вмята в крупное рельефное тело ненормально-быстрого самца.
Вжимает в себя. Коротко смотрит в глаза.
— За помощь я всё же возьму плату, — ухмыляется он.
И опять — не успеваю. Мои губы смяты жёсткими и властными губами.
Мать его, а я… поддаюсь давлению и довольному урчанию моей самки. Вцепляюсь в него в ответ. С голодным пылом отвечаю на поцелуй. Сплетаю язык с его требовательным языком. Поддаюсь напору и тут же кусаю в ответ. Улыбаюсь рычанию раззадоренного самца и растворяюсь под властью его жёстких губ.
Целуюсь с ним, как в последний раз, взахлёб, с голодным урчанием, ох, как же целуется, как напирает. Как рычит и сжимает сильно и сладко!
И тут я каменею. До меня доходит, с кем я целуюсь. Кому позволяю…
Я была до этого зла? Нет. Время истинной ярости пришло именно сейчас.
Шарашу его пси-ударом, отшвыривая от себя.
Он даже не упал, остался стоять, только нахмурился. Смотрит злобно исподлобья.
Вбиваю его экстра-линиями в пол, а сама на байк.
Твою ж… Он снова рядом! Хватает меня за хвост, но тут же отдёргивает руку. Оглядываюсь. Ну да. Незнакомец в полном шоке смотрит на свою ладонь, всю покрывающуюся мелкими капельками крови.
Перевожу взгляд на свой хвост: ого! До пушистого хвоста меня довёл, гад!
Вообще у рихтов это крайняя степень бешенства: когда на хвосте между шипами появляются множество тонюсеньких иголок, из-за которых шипастый хвост выглядит пушистым.
Пользуясь его замешательством, врубаю максимальную скорость.
Глава 4. Прошлое
Не помню, как добралась до гостиницы. Как успокаивалась, принимая душ тоже помню смутно. Меня колотило и разрывало от бешенства и… чувства неудовлетворённости, что не позволила себя дальше целовать такому шикарному самцу.
Полярные чувства бесили еще сильнее. Я рихт! С какого перепуга моя самка реагирует на клятого орса?"
"Все. Попсиховала и забыла.
