Госпожа поднялась к себе в карету, устроилась поудобнее и разгладила складки на платье. Волны нежной ветра уже неслись через город, принося прохладу после долгих знойных дней. Следом за юной принцессой в карету села полненькая служанка, готовясь к встрече с новыми событиями, которые предстоят на этом королевстве Аранхарма....
На его слова Фаргар криво усмехнулся:
– Она не наложница, бэр Кархем, – сложил руки на груди. – Она моя жена.
– Жена?! – так и остолбенел.
– Да, жена. И не сносить тому головы, кто позарится на нее. Этот когум един для всех орков.
– Я ошибся, – опустил голову чужак. – В моем клане заведено держать наложниц, потому я и решил, что эта женщина рабыня. Однако позволь спросить. Ты собираешься воевать с людьми, притом взял себе в жены человека. Как это может быть? Или я зря проделал путь?
– Боюсь, ты все же зря проделал этот путь, – не стал боле кривить душой.
– Что ж, благодарю за честность. За гостеприимство. И если позволишь, нам бы еще пару дней, чтобы отдохнуть и запастись провизией, а потом мы уйдем.
– Хорошо. В озере много рыбы, в стойле много сена.
И Фаргар с женой и охотником покинули шатер хавата. Шли, молча, но на середине пути вожак остановился, затем обратился к Ибару:
– Спасибо, что предупредил.
– Это мой долг, оберегать жителей деревни.
– Не юли, Ибар. Ты оберегаешь ее. Но я за то тебе благодарен. К моему позору, ты видишь куда больше, чем я.
Вожак завел жену в шатер.
– Он ничего тебе не сделал? – было видно, Фаргар злится. Не на нее, конечно.
– Нет, – ответила, опустив голову. – Садись ужинать, – и поспешила к пещи, лишь бы не показывать ему слез."
"Тайли совсем сникла. Она и раньше знала, что не принадлежит себе, что отец запросто бы отдал ее в жены союзнику. Но рядом с Фаргаром возникло ощущение свободы, полета.
– Тайли, – Фаргару кусок в горло не лез. Его девочка сейчас обливается слезами, а он не в состоянии поддержать. – Прошу, сядь со мной рядом.
Она тогда вышла из спального гулума, проследовала к столу.
– Тебе подать что-то еще? – по-прежнему прятала взгляд.
– Перестань, – взял ее за руку и усадил на скамью подле себя. – Мне тяжело видеть тебя такой. Видимо я плохой муж, раз моя жена плачет.
– Ты не плохой, – накрыла его руку своей. – Просто слишком много на нашем пути преград.
– С завтрашнего дня тебя будут сопровождать мои воины.
– Что, даже до колодца? – позволила себе улыбнуться.
