Фаргар – орк клана Катаган, отчаянный и бесстрашный воин, цель жизни которого месть людям, и Тайли – человек, дочь правителя Аранхарма. Участь ее – повиновение сначала отцу, а потом нелюбимому мужу. Правитель желает выдать дочь за будущего союзника, но все меняется, когда девушку накануне смотрин похищает заклятый враг. Только враг ли он?...
Я бы мог отправить за твоей женой дрекса.
– Нет. Ты лично проведешь меня к ней.
– Что ж, хорошо.
– Габан.
Сейчас же Фаргар оседлал коня, взял с собой еще с десяток воинов и все выдвинулись в сторону городских ворот. Но происходящее было совсем не на руку Унарагу, потому он поторопился оседлать своего коня и устремился в стотрону восточной стены города, а за ним поехали верные соратники.
А Тайли считала минуты и секунды. На каждый звук со стороны улицы выглядывала в окна.
– Вдруг он так и не придет… – прошептала, очередной раз глядя в окно.
Тем временем уже сгустились сумерки, дождь опять принялся. Вода стучала по крыше, отчего внутри девушки возникло непритяное давящее чувство, будто затаилось в этих сумерках и дожде что-то недоброе. Тайли тогда отошла к камину, села в кресло.
– Не переживай, – Катина внесла лампу, поставила на столик около невестки. – Он придет.
– Я уже всего боюсь, – накрылась пледом.
– Понимаю, но постарайся набраться терпения. Не рви себе душу, ты и так очень слаба. Не спишь уже сутки.
– Боюсь спать, – произнесла сквозь резко накатившую дрему.
Катина же поспешила накрыть ее еще одним покрывалом, особенно укутала ноги, а сама устроилась на диване с вышивкой, хотя беспокойство Тайли передалось и ей, аж руки задрожали мелкой дрожью. А время ползло медленно, как никогда медленно. Большие наполные часы, что стояли у кухонной арки, показывали всего-то три ночи. Тайли наконец-то разоспалась, да и Катину начала одолевать зевота, тогда она отложила пяльцы в сторону, прилегла головой на подлокотник дивана и не заметила, как провалилась в сон.
Скоро к этой странности добавились еще и звуки.
– Просыпайся, – затрясла ее за плечи. – Ну же…
– Что? В чем дело? – от резкого пробуждения сердце тут же зашлось.
– Во дворе что-то неладное творится.
– А вдруг это он? – слабо улыбнулась.
– Не знаю.
