Госпожа поднялась к себе в карету, устроилась поудобнее и разгладила складки на платье. Волны нежной ветра уже неслись через город, принося прохладу после долгих знойных дней. Следом за юной принцессой в карету села полненькая служанка, готовясь к встрече с новыми событиями, которые предстоят на этом королевстве Аранхарма....
Каждый спросит разрешение, ибо путешествия юных девушек без сопроводительного письма с родовой печатью главы семьи запрещены. Раньше каждый житель Аранхарма независимо от возраста, пола и положения мог свободно пересечь границу чужих владений, потому город потерял очень много молодых людей, юноши уходили на заработки, девы бежали от нежеланных союзов или отправлялись искать лучшую жизни. Когда же отец пришел к власти, первым делом наложил запрет на свободу перемещения, с того дня юношам не достигшим восемнадцати лет, а девушкам – двадцати одного года, требовалось разрешение семьи на пересечение границы.
А день постепенно клонился к закату. Лес наполнялся вечерними звуками, туман поднимался все выше. Карстовый лес знаменит туманами, к осеннему сезону они становятся особенно густыми. Еще через час видимость сократилась до расстояния вытянутой руки.
Ну, вот… снова Ия разволновалась.
– Ох, до чего плотный туман. Как же ехать в таком? Ни зги не видно.
– Ия, – нахмурилась госпожа. – Возьми себя в руки.
– Как тут возьмешь? Дикие здесь места, страшные. Неужели вам совсем не страшно?
– Я когда-то бывала в этом лесу. Здешние обитатели не стремятся к людям, поверь. Они живут своей жизнью, охотятся, а нас избегают, – и голос ее пропитался тоской.
– Все-таки вы его дочь, – улыбнулась служанка. – Такая же бесстрашная.
– Дело не в этом. Просто, когда ты знаешь, с чем столкнешься, уже не страшно. Я вот знаю, что скрывается за этим туманом.
Время шло, на небе воссияли звезды, а следом проявились планеты.
Вдруг раздался грохот, засим последовал удар! Дочь правителя кое-как открыла глаза… Что происходит? Где она? Потом присмотрелась, по-прежнему в карете, которая завалилась на бок.
– Ия?! – крикнула, что было сил.
Однако ответа не было, тогда бедняжка прислушалась. С улицы доносились крики охранников, лязг металла, рычание. Все смешалось в единый гомон. Но тут раздалась до боли знакомая речь.
