Аня, мчавшаяся с отключенной сигнализацией, чувствовала себя незаметной в череде оживших автомобилей. Ей хотелось продолжать наслаждаться шумом музыки и света мегаполиса, но приказ был неотвратимым - сбавить скорость. В глазах мужчины переднее стекло ее машины переливалось от яркого освещения уличных фонарей, в то время как Аня ощущала себя молчаливой тенью на трассе, словно подталкиваемой неизвестной силой....
- Кто-нибудь видел Влада? Куда он пропал?
Спускаюсь и хмурюсь, кошусь на зажатый в руке телефон.
- Зачем вам на улицу, там сейчас мокро, ливень всю беседку залил, - сварливо отговаривает мама, идет за Антоном. - Сидите в доме, никто вам не мешает, мы все наверх поднялись, - она прикладывает сотовый к уху и сводит брови. - Аня, Кирилла не видела? Найти его не могу.
Качаю головой.
В мыслях зреют подозрения, они мне все меньше и меньше нравятся.
Вслед за остальными шмыгаю на улицу. Воздух чистый, после дождя свежий, ночь, а блестит все, и везде мокро.
Шумная компания таскает тарелки в беседку, гремит шампанское, я отхожу к качелькам, на которых вечером сидел Марк.
Плюхаюсь, сидушка вся в каплях, но на улице тепло, и я уже искупалась под дождем, в мокрой одежде ходить мне не привыкать.
Качаюсь и мучаю телефон, мне срочно надо, чтобы он заработал, может, Виконт уже звонил и писал, оглядываюсь на лес и гоню глупое желание еще раз там прогуляться, врядли мы опять встретимся, его там нет."
"С завистью смотрю в беседку, там крики и смех, негромко играет музыка, а я тут одна.
Тоже еще маленькие.
Рассвет наступает рано, небо озаряется розовым, чистое, ни облачка, и вокруг тихо, даже выпускники не кричат больше, затаились, негромко переговариваются, делятся секретиками.
Вскакиваю с качелей.
Сижу, как дура, жду неизвестно чего, он бы уже подошел, будь он здесь, рядом, захотел со мной поговорить.
Или он специально тогда, в лесу, потерял меня, чтобы сбежать, решил, что не надо ему этого? Что я нерешительная, со мной слишком много возни, меня надо уговаривать, а ему нетерпелось по-быстренькому?
Трясу волосами и шагаю к дому, думать так о нем неприятно, но ведь его нет.
Повоарчиваю голову на шум двигателя, замечаю белый кабриолет Марка, как он тихо крадется мимо линейки домов к нашему, и останавливаюсь.
Прикладываю ладонь к груди, пытаюсь унять сердце, оно так колотится, мешает дышать.
Марк паркуется в ряду других машин, выходит на улицу, он в белой футболке и светлых брюках, сухой, чистый, как всегда аккуратный.
- Где ты был? - спрашиваю, когда он подходит ближе.
- Бегал, - повторяет он фразу из старой рекламы и устало смеется. - По работе надо было в город отъехать, - он смотрит по сторонам. - У вас дождь прошел? У нас только погремело слегка.
Недоверчиво качаю головой.
