Аня, мчавшаяся с отключенной сигнализацией, чувствовала себя незаметной в череде оживших автомобилей. Ей хотелось продолжать наслаждаться шумом музыки и света мегаполиса, но приказ был неотвратимым - сбавить скорость. В глазах мужчины переднее стекло ее машины переливалось от яркого освещения уличных фонарей, в то время как Аня ощущала себя молчаливой тенью на трассе, словно подталкиваемой неизвестной силой....
Наигранно весело решают, что пора идти и купаться и, через секунду, их ветром сдувает.
- Все нормально? - пальцами касаюсь светловолосой макушки.
- Просто я неуклюжая, - Аня отталкивает меня, быстро вытирает глаза. Слабости своей стесняется, торопливо отходит. - И купальник забыла дома. Зачем, вообще, на пляж поперлась.
- Чем выше мы взлетаем - тем меньше мы видим тех, кто не может летать, - цитирую ей. - Они не могут летать. Вот и...
- Не надо меня успокаивать, - она огрызается, наклоняется и вытряхивает песок из босоножки.
Она смотрит на озеро. Крутит перстень на пальце.
А потом решительно стягивает платье.
Завороженный, взглядом скольжу по белому бюстгальтеру в цветочек, плоскому животу, сиреневым трусикам. Она громко хмыкает и разворачивается ко мне спиной. Отшвыривает платье и сумку. Шагает к воде.
Словно на цепь посадила, за ней иду.
Сейчас отличный момент. Все сказать.
Если она сама вспоминть не может.
Задерживаю дыхание и с головой окунаюсь в воду.
Мокрую кожу обдувает ветерок, и я с удовольствием запрокидываю лицо к синему небу.
Классно.
И не так жарко.
Медленно плыву вдоль берега, воду я обожаю, в пансионе у нас был бассейн и тренировки три раза в неделю, из всех занятий спортом это самое приятное, мое любимое, чувствую, как вода обволакивает тело и кажется, что кожа в те же секунды более упругой становится, и все подтягивается.
Неподалеку плещутся парни, брат с друзьями.
Хмуро смотрю на них.
Такое ощущение, что я с другой планеты прилетела, когда вокруг полно людей тоже можно быть одинокой, не понимаю, откуда в них столько злости, поставить подножку, чтобы я на глазах всего пляжа носом вспахала песок - это было очень обидно, подло, зло даже.
И все лишь потому, что я в обычной школе не училась, как они, будто бы я не человек теперь, и надо мной можно издеваться.
- Грустишь, Анюта? - спрашивают за спиной, и я разворачиваюсь в воде.
Марк жмурится на солнце, по лицу стекают капли, он безолубо улыбается, в воде задевает меня ногой.
- И как ты решился зайти в грязную лужу? - отплываю, срываю на нем испорченное настроение, - не дотерпел до следующих выходных, чтобы смотаться на приличный курорт.
- Здесь тоже неплохо, - скупо хвалит Марк искрящееся озеро, - вода теплая, кайф.
