Автор
Мы прячемся в глухой изоляции от мира за рунами безумной техники и жестокой дуэли машин. Внутри Тимура подрагивает страсть и тревога, но вне он цепко хватает меня за руку, как бы зацепляясь за спасительный уют в этом адском путешествии. Атмосфера зажигательна и напряженная — будто мы взлетаем на край вселенной вместе с непокоряемой машиной беса....
— Он не вернется. Не вернется больше! Булата нет. Его нет, поняла меня?
— Как это нет…как?
— Я убил его.
Холодно бросает Бес, отпуская меня, а и я затихаю, не веря в то, что услышала.
— Убил? Своего родного дядю убил?!
Тимур отворачивается и я вижу, как сильно напрягаются его плечи, а спина становится каменной.
— Я должен был сделать это сразу, как только научился держать нож в руке.
— Почему?
— Потому что это был он. Все это время это был Булат.
Говорит глухо, даже не смотря на меня. Вижу, как напрягается Бес, и не понимаю.
— Я не понимаю…Тимур.
Подхожу и осторожно к плечу Беса прикасаюсь, ощущая стальные мышцы, на что палач разворачивается и окидывает меня строгим взглядом."
"— Не твой отец мою зарезал, Ася. Это был Булат. Твоего отца заставили признаться предо мной. Я убил твоего невиновного отца. Булат разыграл сцену с подставными ментами, следователем, чтобы я поверил. Понимаешь? Ничего не было. Твоя семья ни в чем не виновата перед моей! Ты не виновата ни в чем! Это была ложь, в которую я верил.
Жестко говорит Бес и меня как будто водой ледяной окидывают. Как будто бьют по лицу, наотмашь, больно.
Медленно пячусь назад. Вот теперь мне и правда страшно и больно. До чертиков просто.
— Нет…Нет. Я не верю.
— Это правда, мотылек.
Строго чеканит он, а у меня цепь перед глазами, холод, боль, и яма глубокая. Все, что творил со мной Бес, купаясь в ненависти ко всему моему существу.
— То, что я сделал с тобой, не прощают. Мотылек мой, не плачь.
Бес ласково по щеке моей проводит большим пальцем, вытирая слезы, тогда как меня будто током бьет. Мой жестокий палач, мой красивый демон. Боже.
— Нет…Нет-нет!
Отшатываюсь от него, а Тимур разворачивается и гневно ударяет кулаком по стене. Снова, снова и снова.
Сыпется штукатурка, он рычит, а я остановиться не могу. Боль…ее так много. Я не могу его простить. Простить такое невозможно.
— Вы еще не собраны? Тимур, мать твою, ну что вы творите?
Бубнит подошедший Виктор.
— Ася, иди дочь забирай, Эмира и пускайтесь на выход.
— Куда…Виктор, что происходит?
Не понимаю уже ничего. Вижу только, как Тимур отвернулся, а из его руки кровь капает на пол. На стене отпечаток его кулака остался. Боже…что он сделал с собой.
— Люди Булата уже едут сюда. Давайте быстрее, не до истерик уже, вот честно. Собирайте детей и на выход, быстрее!
Киваю и несусь в спальню. Подрываю с кровати сонную Амели, прижимаю к себе.
— Ася…
Усмехаюсь.
