Автор
Бесшабашный азарт перекрывал магазины и рынки, где люди оживались беспринципно — покупали игрушки, сувениры и зелёное чаяние. Каждый взрослый, словно внезапно преображённый, верил в чудо — укутывался в новогоднюю сказку.
А ранний брак только усугубил ее комплексы, хотя вообще-то планировалось, что все будет наоборот. Нелька вышла замуж, чтобы избавиться от давления и наставлений родителей, для которых стала разочарованием, а в итоге брак стал еще одним поводом ее попрекнуть. Ткнуть носом. Указать на место. Не то, чтобы она не любила мужа…
- Он с тебя глаз не сводит, - уныло заметила Нелли.
- Ну… что я могу сказать. Так бывает. Я же не заставляла его…
- Увлечься?
Надя поддержала сына, который забрался на скользкий бордюр, и повела плечами:
- Да не знаю я, Нель! Что ты хочешь, чтобы я сказала, если и сама не понимаю, что происходит? Да, он мне нравится.
Слава Богу, но от нелепой необходимости объясняться ее избавило возвращение Ильи, который принес автокресло.
- Сейчас установлю.
- Там внизу ремень продеть нужно! – подсказала Надя.
- Ага, я быстро.
Стараясь не показать, как ему на самом деле тяжело, Илья взялся за ремень, однако пальцы не слушались.
- Давай я? – шепнула Надя, успокаивающе его поглаживая, так, будто бы понимала, как ему нужно сейчас тепло другого человека. Его поддержка. Илья кивнул и чуть отступил, давая Наде пространство. Как бы ему не хотелось демонстрировать собственную слабость – нужно было признать, что в некоторых вещах ему порой требовалась помощь. Черт! Бывало время, когда он пуговицы на собственной рубашке не мог застегнуть или ширинку. Пальцы не гнулись толком. И хотя современная медицина здорово облегчала его состояние, обострение могло случиться в любой момент.
- Все готово."
"Черт! У Нади была красивая улыбка, которая вызывала совершенно однозначную реакцию в его теле. Но она влекла его не только физически. Пробираясь сквозь дебри памяти, Илья вспоминал ту далекую ночь. Ночь их знакомства. Он хотел понять, почему между ними вообще случилось то, что случилось. Он был не из тех мужчин, которые меняли женщин, как перчатки.
