Автор
В офисе шумно работали монтажные рабочие. Вдруг Рита услышала дребезжащий женский голос из телефона — она вела переговоры с чем-то на другом конце линии, пытаясь разобраться в ситуации. Это создавало замешательную атмосферу вокруг нее, когда внезапно зазвонил телефонный вызов, прерывая ее мысли и деловые обязанности....
"Юлия Резник
Мой папа - плейбой
Говорят, первая любовь не ржавеет. Но только не тогда, когда тебя бросают юной, растерянной и… беременной. Обжегшись единожды о Богдана-Плейбоя-Связерского, звездного хоккеиста и известного ловеласа, Рита и по сей день дует на воду. Но жизнь не стоит на месте — крошечный комочек счастья вырос в замечательного сына, карьера в самом зените, а у отца сынишки, похоже, проснулись отцовские чувства. Но можно ли простить предательство? И какова цена такого прощения?
Глава 1.
— Ты не мог бы говорить погромче? Что ты сломал? — уточнила Рита у трубки, перекрикивая шум дорожных работ, ведущихся аккурат возле здания ее офиса.
— Руку. Поломал руку… Мы поехали в Порт Авентуру, катались на Разъяренном Бако, потом отправились в сплав по Град Каньону, а уж на Диком Буффало это и случилось.
— Постой.
— Так Марик. Кто ж еще? Говорю ведь, это случилось на Диком Буффало! Дикий Буффало — тот еще зверь.
— Какой, на хрен, Дикий Буффало, Связерский?! — зашипела Маргарита в трубку. — Ты хочешь сказать, что угробил моего сына в вашу первую же совместную вылазку?!
— Почему сразу — угробил? Такое случается… — оправдывался ее бывший. — Разве это плохо, что парень растет настоящим мужчиной? Да на том аттракционе взрослые мужики в три ручья плакали и просили их снять…
— Возможно, это потому, что у них остались хоть какие-нибудь мозги?!
Рита ворвалась в прохладный холл бизнес-центра и прислонилась закипающим лбом к стене.
Вот, ведь чувствовала! Чувствовала, что этим закончится дело. Нужно, наверное, поставить свечку, что все ограничилось лишь сломанной рукой, потому что от папочки ее сына можно было ожидать чего угодно.
— Я так и знал, что ты будешь орать!
— Ну, знаешь… — вмиг завелась Рита по-новой. У Связерского обнаружился прямо какой-то дар — выводить ее из себя. Серьезно! Обычно уравновешенная и смешливая, рядом с ним она вспыхивала, как порох! Впрочем, как тут не вспыхнуть?!
— А я что говорю? Ты совершенно невыносима.
