В офисе аврал, я выполняю свою работу и часть работы Ирмы, весь день не отрываясь от компьютера. Но все равно умудряюсь прийти домой раньше Влада. Готовлю на ужин его любимую пасту с лососем и проваливаюсь в сон на диване в ожидании любимого босса.
Просыпаюсь от легких поглаживаний, и губы сразу же растягиваются в улыбке. Мой мужчина дома.
– Ты такая милая, когда спишь. Так и любовался бы и ни за что не будил.
– Бессовестный! – пытаюсь пихнуть Бесстужева локтем, но он ловко сгребает меня в охапку и усаживает себе на колени.
Поглаживает по спине и волосам, успокаивая, а я из последних сил сдерживаюсь, чтобы не стонать в голос.
От приятного занятия нас отвлекает вибрация моего телефона.
Я весь день думала, что ситуация с Ксю – самая дерьмовая в моей жизни. Я жестоко ошибалась.
У меня глаза ползут на лоб, а руки начинают мелко подрагивать, когда я вижу имя абонента на дисплее.
Мама.
И, наверно, от страха, я путаю клавиши и нажимаю «принять вызов».
На экране появляются лица моих родителей, потому что, как оказывается, звонят они мне по видеосвязи…
Глава 49
Эрика– Здравствуй, до…– властным и хорошо поставленным голосом начинает мама.
– …ча, – папа заканчивает начало фразы, и они оба буквально сверлят глазами экран мобильного. Хмурятся, подносят и отдаляют телефон и продолжают гипнотизировать меня, как удав свою жертву.
– Привет, мам, пап, – начинаю я бодро, стараясь изобразить радость от звонка родителей, когда внутри всю потряхивает от эмоций и предчувствия неминуемой беды. – Как де…
– Что это такое, Эрика?!
Голос отца рокочет и даже через динамики бьет по барабанным перепонкам.
Кровь отливает от лица, хочется сжаться в комок, лишь бы только не били. Хоть и словесно.
Не могу понять, что папа имеет в виду, и хлопаю ресницами, ожидая хоть каких-то пояснений. И они не заставляют себя ждать.
– Я тебя спрашиваю, что это, за нахрен такое?!
– Это что, мужчина?!
Родители кричат в унисон, мама так вообще переходит на ультразвук, и я напрягаюсь всем телом.
Лишь ладонь Влада, что ложится мне на спину и успокаивающе поглаживает, приводит в чувство.
А еще я понимаю, о каком мужчине идет речь.
О моем.
Я настолько напряглась от внезапного звонка родителей, что напрочь забыла о присутствии Влада. О том, что сижу у него на коленях. А он, оказывается, успел расстегнуть рубашку, и теперь в кадр четко попадают его офигительные кубики пресса.
Которые, ожидаемо, не понравились моим родителям."
"Мои родители не то, чтобы строгие, они – гестапо.
