Я пытаюсь выползти из жарких и сильных объятий мужчины, но он, наоборот, прижимается теснее всем телом и буквально рычит:
– Эрика! Моя!
После нескольких попыток мне все же удается выползти из-под мужчины. Пошатываюсь, мне с трудом, но все же удается удержать равновесие. На тумбочке замечаю заботливо оставленные бутылку воды и таблетки. Выдавливаю две и запиваю водой, вливая в себя почти полбутылки. Хватаю одежду, сумочку и запираюсь в ванной.
Ловлю свое отражение в зеркале и вздрагиваю. Под глазами залегли тени, лицо припухшее, на запястье, как и предполагала, синяки, на скуле – ссадины, а губа разбита. Про волосы молчу, страшно представить, как буду их вычесывать. Еще и одежда порвана в нескольких местах, и пахнет, как от бомжа. Красавица, что уж говорить. Надеюсь, меня посадят в таком виде в такси.
Быстро чищу зубы и максимально бесшумно, насколько это возможно в моем состоянии, выскальзываю в коридор. Проходя мимо спальни, не удерживаюсь и оборачиваюсь.
Влад по-прежнему спит, но даже во сне он хмурится, выглядит уставшим и помятым. Лежит поверх пледа во вчерашней одежде.
Меня захлестывает нежностью и заботой. Хочется вернуться, обнять и разгладить все морщинки, прижаться, сказать банальное «Спасибо»… Хочется поцеловать Влада на прощание, коснуться, но боюсь, что от меня несет, как от помойки, поэтому не буду рисковать.
Лишь выскочив в подъезд и сбежав на несколько пролетов вниз, включаю телефон и вызываю такси. Приложение показывает, что оно прибудет через три минуты. Отлично. Главное, чтобы Влад не проснулся и не бросился за мной.
Но все складывается благополучно: я сажусь в машину, не обращая внимания на косой взгляд водителя и то, что он шире открывает окно. Разгребаю завалы пропущенных звонков и сообщений. Большую часть тупо смахиваю, намереваясь набрать подругу, но Даниэла звонит мне сама.
– Слава Богу, Ларина, дозвонилась! – кричит она взволнованно. – Ты где?! С тобой все в порядке?
– Я в такси. Еду в общагу. А ты?
– Да я-то в норме! – отмахивается подруга, не допытываясь, где я провела ночь. – Меня вчера задержали парни Клима, знаешь, как специально. Обступили, несли всякую чушь, делали грязные намеки, – возмущается Дана, а у меня мороз по коже, как представлю, что с ней могли сделать то же, что и Клим со мной. Ей-то некому звонить.
– Как ты вырвалась?!
В трубке тишина, и мне становится нехорошо. Настолько, что тошнота, темнота перед глазами и головокружение возвращаются.
– Дана!
– Алан меня забрал, – цедит недовольно, будто нехотя.
– Алан?
– Мой жених.
Оу. Неожиданно.
– Я вспомнила о нем и на удачу пригрозила его фамилией. Удивительно, но придурки сразу рассосались, я обошла весь клуб, но так и не смогла найти тебя.