В кухне жены Максим чувствовал себя подобающим гостем, в то время как Полина использовала взгляд для шантажа. Вкус завтрака упал на мозг мужчины, но самое острые ощущения давали глаза женщины — каждый ее взгляд казался неудержимой попыткой контролировать жизнь мужа.
Пришел сюда не с пустыми руками.
Он молча полез в карман, достал небольшое фото, продемонстрировал Дергачу.
На фото улыбалась в камеру милая на вид блондинка. На коленях у нее сидел маленький мальчик с машинкой в руках.
Как только Дергач увидел фото, лицо его окаменело. Он молча смотрел на изображение и, кажется, потерял связь с реальностью.
– Ты их ищешь, я знаю, – сказал Максим, продолжая буравить Дергача взглядом. – Имел возможность поговорить с твоими дружками. Женщина сбежала с ребенком в другой город, после того как ее сожителя убили.
– Оля… сын… – прохрипел Дергач. – Как они?"
"– Я говорил с ней. Ребенок в порядке, она устроилась на работу. Правда, живут бедно, но могло быть и хуже. Если ты сейчас ответишь на мои вопросы, я дам тебе адрес. И ты сможешь им написать.
– У меня есть деньги, заначка, – быстро заговорил Дергач.
Подобного Максим не ожидал.
Но это ведь всего лишь нормально, когда отец хочет позаботиться о сыне. Даже если этот отец конченый подонок.
Он кивнул.
– А не присвоишь? – с сомнением протянул Дергач. – Там нехилая сумма…
– Я никогда в жизни у детей денег не забирал, – хмыкнул Максим. – Ты со мной по совести – и я с тобой по совести. Договор?
Дергач секунду помолчал, видно решая, стоит ли верить. Но вариантов у него было немного, сидеть ему еще долго.
Очень скоро Дергач решился. Шепотом поведал Максиму, где спрятал купюры.
А потом завел рассказ:
– Пока я сидел в КПЗ по обвинению в убийстве, ко мне обратилась шестерка из ментовских. Дали заказ на твою бабу, обещали убрать из моего дела улику.
– Кто заказчик? – Максим аж подался вперед в нетерпении.
Дергач развел руками:
– Я не знаю имени, только кличку.
Услышав это, Максим побледнел.
Кто такой Диггер, он знал прекрасно.
Был у него с напарником один дурацкий случай еще в самом начале работы в полиции. Один из барыг в свое время при задержании обронил, что хрен они найдут его кладки, хоть весь двор перекопают.
Максим посчитал, что это он так пытался сбить их со следа, принялся обыскивать дом, а вот напарник уцепился за эту фразу. И копал… где-то часов восемь.
