В кухне жены Максим чувствовал себя подобающим гостем, в то время как Полина использовала взгляд для шантажа. Вкус завтрака упал на мозг мужчины, но самое острые ощущения давали глаза женщины — каждый ее взгляд казался неудержимой попыткой контролировать жизнь мужа.
Сев в такси, Полина в очередной раз за сегодня достала телефон, открыла мессенджер, впилась взглядом в строчки, написанные мужем ранним утром."
"Ей было безумно приятно получить от него извинения. Значит, осознал, что перешел границу. Значит, больше так не сделает. Но особенно ей было приятно его признание в чувствах. Макс был не слишком щедр на признания, оттого каждое из них было для нее ценным.
Когда машина подъехала к дому, Полина поторопилась выйти.
Скрипнула калиткой, прошла во двор.
Желудок заурчал от голода – надо бы поесть.
– Макс? – она позвала его, войдя в прихожую.
Прошла в гостиную и замерла на пороге, заметив дикий беспорядок, что там творился. Казалось, вещи валялись повсюду.
Муж сидел на стуле посредине комнаты и буравил ее молчаливым взглядом.
Полина подошла к нему и ужаснулась.
Глаза Макса были красные от полопавшихся капилляров, лицо бледное, небритое.
– Что происходит? – спросила она взволнованно.
– Это я тебя спрашиваю, что, мать твою, происходит? – гаркнул он хриплым голосом.
Полина опешила от резких слов мужа.
И тут приметила, что он держит в руках какие-то тетрадные листы.
– А ну, пойдем, – взревел Макс.
Схватил Полину под локоть и увел на кухню.
Когда она увидала, что там творится, ей стало не по себе. Все шкафы открыты, кастрюли стояли на полу, часть тарелок побита. Даже банки с крупами – и те раскрыты, а часть содержимого рассыпана.
– Что ты здесь искал? – спросила она ошарашенным голосом.
– Садись!
Он надавил ей на плечо, заставляя опуститься на стул.
Полина села в полнейшем обалдении. Вздрогнула, когда он кинул перед ней на стол ту кипу листов, что держал в руках.
– Что это такое, мать твою за ногу? – зарычал он, нависая над ней.
Полина наконец обратила внимание на листы.
Взяла первый в руки и побледнела.
«Мой любимый Великан, я давно тебе хотела сказать, что мечтаю заняться с тобой сексом на заднем сиденье машины. Давай сделаем это?»
Дальше Полина читать не стала, ибо и без того прекрасно знала, что там будет описано.
– О боже… – охнула она и прикрыла лицо руками.
Враз почувствовала себя голой, опозоренной, хотя сидела в свитере и джинсах.
Это были письма не для чужих глаз. Она никогда не хотела, чтобы Макс их видел. Это ее личное, глубоко интимное! Ее фантазии, мечты.
– Зачем ты написала эту гнусную мерзость? – спросил Макс с надрывом.
