В кухне жены Максим чувствовал себя подобающим гостем, в то время как Полина использовала взгляд для шантажа. Вкус завтрака упал на мозг мужчины, но самое острые ощущения давали глаза женщины — каждый ее взгляд казался неудержимой попыткой контролировать жизнь мужа.
Сколько раз он сидел вот так напротив нее раньше? Множество. И каждый раз пробирало…
Вот и теперь пробрало.
Эти ее губы, такие мягкие и нежные на ощупь… Они манили его как прежде. Сколько раз он их целовал? Тысячу? Две? Как же ему хотелось смять их пальцами, прямо как при первой встрече. А еще лучше накрыть ртом, сунуть между ними язык, попробовать Полину на вкус.
– Ты сказал, что хочешь поговорить о важном, – напомнила она. – Говори, я тебя слушаю…
– Ты скучала по мне? – наконец выдал он.
Собирался начать не с того, но вылетело изо рта.
Сказал и замер в ожидании ответа.
Полина одарила его своим фирменным обиженным взглядом.
– Нет, Макс, я не скучала! – сказала она чересчур резко.
Тут же осеклась, теперь уже снова смотрела на него с опаской, даже, кажется, сгруппировалась, готовая при случае сбежать.
Такая реакция жены очень ему не понравилась.
– Почему ты меня боишься? – спросил он напрямик. – Я хоть когда-нибудь что-то плохое тебе делал?
– Тебе перечислить все? – возмутилась она.
Вот как, у нее целый список.
– Перечисляй, – кивнул он.
– Ты устроил в доме обыск, выпотрошил даже подушки! Ты кухню разгромил, чуть меня стулом не зашиб…
– Так, стоп, – резко перебил он ее. – Если бы я хотел зашибить тебя стулом, зашиб бы. А по поводу кухни, как, мать твою так, я должен был отреагировать на твои слова про ребенка? Любой нормальный мужик на моем месте отвесил бы тебе люлей. Заметь, я не отвесил.
Полина язвительно прищурилась.
– Мне тебе в ножки кланяться за то, что не побил? Или сказать спасибо, за то, что выставил на ночь глядя в чем была?
– Я собрал тебе чемоданы… – напомнил он ей.
– Серьезно? – фыркнула она. – Ты считаешь себя правым?
В этот момент в их сторону направилась официантка с подносом.
Оба замолчали, не желая делать разговор достоянием общественности.
Максим сидел с каменным лицом, скрипел зубами, наблюдая, как официантка расставляет чашки, устанавливает подставку с маленькой свечкой внизу и ставит на нее пузатый стеклянный чайник.
"Насыщенный запах облепихи, исходящий от чайника, будто бы чуть отрезвил Максима. Заставил мысли работать в нужном направлении. В конце концов, он ведь не ругаться сюда пришел.
Он еле дождался, когда официантка отойдет на достаточное расстояние, вперил в Полину серьезный взгляд и сказал:
– Ты не так должна себя сейчас вести. Разве не понимаешь?
– И как же я должна себя вести? – развела руками она.
