Вот теперь посмотри, к чему привело твое «Я ничего плохого не делал». Хоть раз подумай не о себе, а о ней…
Она этими упреками будто тараном врезала ему в грудь.
Самым паршивым в словах бабки было то, что она говорила правду. Будь он нормальным человеком, а не двинутым на всю голову ревнивцем, все сложилось бы по-другому.
Глава 32. Переоценка ценностей
Максим искал жену вот уже полтора месяца.
Январь сменился февралем, а затем пришел март. Дни стали длиннее, а ночи короче, в воздухе запахло весной. Но ничего этого он не замечал, полностью поглощенный одной лишь целью.
Найти Полину.
За это время он успел перепробовать все варианты. Проверил ее друзей, даже тех, с кем она давно не поддерживала связь, кто отправился учиться в другие города бескрайней родины. Наведался к ее матери, которая не имела ни малейшего понятия о том, что дочь вообще уехала от бабушки. Разослал ориентировки на нее, объявил в розыск.
Он проверял больницы, даже морги.
Чем больше проходило времени, тем сильнее беспокоился о ней.
Его буквально трясло, стоило представить, как Полина ловит на улице машину, стремясь уехать из Краснодара по-тихому. Как ее подбирает какой-нибудь садист и увозит в лес. А там… Что только не рисовало его воспаленное воображение."
"Рад бы об этом не думать, но статистика такова: если человек не нашелся быстро, то с большой долей вероятности уже не найдется.
Сколько раз он наблюдал совершенно кошмарные случаи на работе!
И вот такое случилось в его семье. Да не с кем-нибудь, а с любимой беременной женой.
Максим готов был биться головой об стену. До чего дошел, уже даже начал молиться, хотя раньше никогда этого не делал.
Все, чего хотел, – чтобы она была жива. Чтобы нашлась живой… Ему больше ничего не нужно, только это.
За долгие недели поисков он успел пожалеть о многом.
Как же глуп он был раньше, как же не ценил все то время, когда Полина была с ним. Бездумно тратил его на ненужные разборки, выедал мозг себе и ей. А ведь мог просто наслаждаться ею, просто любить и не бояться, что больше никогда не увидит ее в живых.
Лучше бы он не проводил в доме никакого обыска.
Лучше бы он ничего не знал о треклятых письмах!
Лучше бы в тот день он поступил так, как диктовал здравый смысл: забрал Полину из больницы, попытался как-то по-другому выстроить с ней отношения. Вместе бы ждали ребенка, вместе его растили…
Ведь она так обрадовалась беременности. Хотела воспитывать малыша именно с Максимом.
Вспоминать об этом было больно.
Думать о том, чего лишился, – еще больнее.
Впрочем, боль теперь стала его постоянным спутником. Он с ней ложился в кровать, с ней вставал, носил ее в себе с утра до ночи каждый день.
А однажды в конце темного, мрачного тоннеля все же забрезжил свет.