В дядином городишке Мику никогда бы не подумала, что ей грозят опасности, пока четверо мужчин не затащили ее в переулок. Барток всегда был для нее защитником, но этот разноголосый толпой оказались и другие оборотни, которые нарушили местное законопложение о спокойствии....
Желание настолько велико, что ты в опасности, а Эрик мог бы защитить тебя, поэтому да, я бы позволил ему тебя трахнуть, если бы от этого зависела твоя безопасность. Я сделал бы все что угодно, чтобы защитить тебя.
Мика была в шоке. Ей хотелось спросить у Грэйди действительно ли мысль о том, чтобы взять её в пару, была настолько для него ненавистна, но она держала язык за зубами. Она знала о его эмоциональных шрамах, нанесённых женой его отца Евой за то, что он был наполовину человеком.
На опыте своих родителей Мика поняла, что отношения человека и оборотня не просты для любой пары в стае.
Он опустил на нее взгляд.
– Я хочу, чтобы ты желала меня без каких либо усилий с моей стороны. Мне нужно, чтобы ты действительно меня хотела, малышка.
Мика избавилась от одежды.
– Проблема не в том, чтобы желать тебя, а в том, чтобы в тебе нуждаться.
Он вскинул голову.
– Почему? Ты нужна мне.
– Я нужна тебе до следующей недели. Не более того. Но боюсь, ты мне все еще будешь нужен, черт возьми.
На его лице промелькнула эмоция, но сразу исчезла.
– Я никогда не смогу взять тебя в пару, малышка.
– Ты мне так и сказал.
Он скинул одежду. Мику всегда привлекало его мускулистое сексуальное тело. Грэйди был идеален, и Мика любила его, несмотря на то, что ненавидела это чувство.
Она не могла перестать желать его, даже если бы он никогда не испытывал к ней того же. Немного отступив, Мика забралась на кровать.
– Возьми меня.
Грэйди зарычал, его глаза потемнели, и он присоединился к ней в постели. Мика широко развела бедра навстречу ему. Она хотела, чтобы он дотронулся до нее.
Она жаждала, чтобы его руки и губы ласкали каждую часть ее тела. Мика хотела коснуться него и сделала это, когда он навис над ней. Ее руки заскользили по его груди и легли на плечи.
Их взгляды встретились, и Мика приподняла голову.
– Поцелуй меня. Заставь забыть обо всём, кроме нас, прямо сейчас.
Грэйди наклонился и прильнул к её губам в поцелуе, настойчиво и требовательно. Мика любила, с ним целоваться. Никто никогда не целовал ее так, как он, полностью завладевая ее ртом. Это был настоящий поцелуй – настойчивый, медленно набирающий силу...
Его язык двигался так же, как и глубоко внутри нее, лаская лоно. Мика застонала и впилась ногтями в Грэйди. Она знала, что он сдерживается.
