В комнате идет неспокойно: часы упоминают утро воскресенья, где-то за стенкой слышится писк. Я — единственная здесь, снедаемая тревогой за брата, которого все думают спящим. Прежде чем появляться перед ним, я должна быть готова к любой ситуации.
Может в обед…
– Лучше после обеда, я же на парах буду! – отговаривала я бабусю приходить пораньше, чтобы выспаться.
– Хорошо-хорошо, дай мне еще Андрюшеньку…
Я отняла трубку от уха и сказала Черенку наиграно-ласково:
– Андрюшенька… тебя бабуля к телефону…
Он как-то странно посмотрел на меня, а я показала ему язык и вышла из комнаты. Там уже пьянка шла во всю ивановскую. Вася зачем-то включил какой-то концерт и усиленно подпевал Верке Сердючке, коверкая слова:
– А я иду такая вся в шкуре барана…
Кажется, это из КВН, Верка Кыргызка.
– ТИХО! – все сразу заткнулись, одна Верка продолжала петь.
– Вась, нажми ей на гланды, – ласково попросила Наташа. Верка была приглушена, вернее звук, но совсем выключить, видимо, у Васьки рука не поднялась.
– Значит так! Сейчас будет лотерея!
Иринка славилась у нас тем, что устраивала конкурсы и веселушки.
– А Иринка-то ВЕДУЩАЯ!
– Да ну тебя, на фиг!
– А вот за лотерею мы еще не пили! – выдал Васька. Все выпили, потом разобрали лотерейные билетики. Это старая игра, когда ты говоришь какой у тебя номер, ведущий зачитывает какой-нибудь дурацкий стишок, типа:
Чтоб запомнил праздник наш,
Возьми в подарок карандаш.
И дарят карандаш. Короче, шла себе лотерея тихо-мирно, все с интересом ждали чего им там из мешочка достанут и подарят.
– А мне, а мне тоже жвачка? – ныл он без конца. Иринка уже не выдержала, забрала у него билетик, посмотрела в свой сценарий:
– Нет, – рассмеялась она, – гораздо лучше!
– Да ну? Может там шоколадка? – мечтательно спросил Вася.
– С ней управишься ты ловко, для тебя, мой друг, морковка! – и достала из пакета огромную морковь, сорт кормовой называется, там длинна сантиметров двадцать.
