В комнате идет неспокойно: часы упоминают утро воскресенья, где-то за стенкой слышится писк. Я — единственная здесь, снедаемая тревогой за брата, которого все думают спящим. Прежде чем появляться перед ним, я должна быть готова к любой ситуации.
Мои губы непроизвольно стали растягиваться в улыбке. Обалдеть! А может вот пойти прямо сейчас на кухню и поприставать к нему? Или рано? Пока я думала, что делать Андрей снова заглянул ко мне:
– Сень, а что дарить-то будем Иринке вашей?
– Не знаю, – я развернулась к нему на кресле, – ну ребята просто скидываются и дарят деньги.
– Ладно, что-нибудь придумаю. Кстати, туда ко скольки?
– К семи…
– Тогда я сразу после работы приеду к ней.
– А ты что, на машине будешь? – спросила я.
– Ну да, все равно на следующий день на работу, пить много не получится.
– Да нет, туда я сама доеду, мы с Настеной хотели чуть пораньше приехать. Это будет в 'Муш', знаешь, на улице Пушкина?
– Знаю…ладно, я у себя…
Мы правда думали над тем, чтоб приехать чуть раньше. 'Муш' была полукафешкой-полушашлычкой, где можно было договориться о том, чтоб принести свою еду или свой алкоголь. Что в наши дни редкость. Так что Иринке требовалась помощь в организации праздничного стола.
Поздним вечером я сходила в душ. Дверь в комнату Андрея была открыта, я долго придумывала повод заглянуть к нему, а когда вошла, увидела, что у него включен телик, а они спит в одежде с пультом в обнимку. Я тихо вошла, вытащила из его руки пульт и выключила телевизор. Он засопел и открыл глаза.
– Эй, ты уснул, – тихо сказала я, – ложись нормально уже спать…
– М-м-м-м, – он снова закрыл глаза и пробормотал, – нужно в душ сходить сначала…
– Утром сходишь…
– Нет, я сейчас…
Я вышла из комнаты, Андрей почти сразу пошел в душ.
– Тебе завтра ко скольки в универ? – спросил он, проходя мимо моей комнаты.
– А что?
– Если также, могу подбросить…Только оденься теплее, заболеешь еще…
– Да! Также! Ладно!
Засыпала я с чувством, что скоро, уже скоро он будет моим!"
"Но утро было жутким: у меня болело гроло, было больно глотать.
– Заболела? – спросил Андрей.
– Начальная стадия, – проскрипела я своим горлом, – глотать больно.
– Ну, вот…я же говорил. Может, не пойдешь сегодня никуда?
– Ты что? У меня даже температуры нет.
