Автор
Что обычно дарят родителям на день рождения своих детей — мобильник, путевка или новая машина? Для меня это был сводный брат, хулиган из другого дома, решивший руководить мной. Уже было всё: медали, школа, семья и друзья, даже парень. И тут он появился — этот! Почему я? Каким образом в мою жизнь вмешался брат из другой семьи, разрушая идеальный образ жизни?...
Дошли до площади у старого дома культуры мы действительно быстро, а там нас уже ждало такси, которое Артур вызвал по дороге. Мы сели на заднее сиденье, и он обнял меня за плечи, попытался привлечь к себе, но я вывернулась.
– Ты чего надутая такая?
– Спать хочется, – пожала я плечами и отвернулась к окну. – Не обращай внимания, я когда сонная, всегда такая.
Трогать он меня не стал, даже промолчал, но градус между нами явно опустился. Кажется, даже прохладнее стало как-то в салоне машины.
Дома, слава Богу, никого не было, несмотря на мои опасения.
Перед моей комнатой он затормозил, придержав за локоть.
“Пожалуйста, только ничего не говори, мне так больно слышать от тебя ложь” – хотелось попросить его, но я не смогла решиться и просто молча подняла глаза.
– Мышка, ты какая-то не такая, – он сузил глаза и посмотрел очень проницательно.
Мне даже захотелось опустить взгляд, чтобы он не прочёл в нём мои истинные чувства, но я выдержала, хотя в груди всё клокотало.
– Обычная, – натянуто улыбнулась я, а у самой аж скулы заболели, настолько хотелось высказать ему всё что я думала на самом деле. Я даже тайно надеялась, что, возможно не так всё поняла, и Артур опровергнет мои страхи. Но правда такова, что инсинуаций быть не могло, он сказал всё чётко и понятно. – Говорю же – сонная.
– Ну тогда иди спи, – подмигнул, но в глазах мелькнула тревога. Заволновался, что я всё отцу расскажу?
Он потянул меня к себе, склонился и поцеловал, заставив сердце болезненно пропустить удар.
А потом я ушла к себе, и едва дверь закрылась, силы меня оставили. Я не дошла до своей подушки, чтобы излить ей свою обиду и боль. Осела прямо на пол, закрыла ладонями лицо и наконец расплакалась, позволив боли выйти наружу таким способом. Невольно, как ни боролась с этим, но вспоминала его прикосновения, его нежные поцелуи, трепетные прикосновения.
Хорошо постарался, да. А всё равно вышла “гиблая, нафиг не нужная хрень”.
А я дурочка уши развесила, разомлела, поплыла… И, кажется, влюбилась. Ох.
Но ему этого знать совсем не обязательно.
Глава 20
Артур
– Ты, блин, совсем варёный какой-то, – Максим Романович положил мне на плечо тяжёлую ладонь и чуть сжал. – Спать поздно лёг?
– Угу, – он был весьма прав в своих наблюдениях.
