Автор
В Михалычевском лицее пять девочек на один. Четвертка вступает в притязания за главную роль — собственный сводный идеал. Главная героиня, первокурсница Алина, не просто борется с толпой, но и противостоит глубоким внутренним страхам. А вокруг нее рушится мир: друзья-сестры, любимый учитель — все мигом перестраивается в препятствия, ставшие непреодолимыми преградами на пути к своей цели....
Несколько лет стояла рядом с тобой и ждала подходящего момента, чтобы вынырнуть в один прекрасный ― ПРЕКРАСНЕЙШИЙ момент, взять тебя за руку и отвести прямиком в рай, где никто не против того, что с вами происходит. Где прекрасные нимфы играют на арфе, а кудрявый купидон стреляет из лука в сердце и…»
― Тась, ты сегодня где вообще? ― толкнула меня локтем наша староста.
― В раю, ― мечтательно улыбнулась я и пристроила голову к стене.
― А-а… ну, тогда не буду отвлекать, ― посмеялась Ира.
Я видела Тимура на переменах и не упускала ни единой возможности поцеловать его, подержать за руку.
Я тут и там замечала удивленные взгляды студентов, все пялились на нас, шептались.
«Как это, самый популярный парень универа встречается с этой курицей?» ― прям-таки читалось в завистливых взглядах девиц. А особенно меня радовала реакция Одинцовой и ее компашки. Когда Тима поцеловал меня в столовой, я видела, как она выронила из руки вилку, потом нервно подняла с пола и с психом швырнула на стол.
* * *― Ну так что, предложение снова сегодня спать в твоей кровати еще в силе? ― спросила я, как только мы сели в машину на парковке возле универа.
Если честно, сгорала от желания провести с ним еще одну ночь, и торопила время: «Ну, давайте, часы, переместитесь уже вперед и погрузите наш город в темную-темную ночь, в которой очень крепко спит папа и все, кто живет в нашем доме».
― Спрашиваешь, ― хмыкнул Тима, выезжая на трассу.
Мы целовались на каждом светофоре, потом остановились у ворот нашего дома, и я, перебравшись к нему на колени и включив все, что только можно включить в машине, покрывала его шею поцелуями.
Работали дворники, мигала аварийка, а я все никак не могла оторваться от его теплых мягких губ. Целовала его и держала за руки так, словно, как только мы войдем в дом, нас разведут по разным углам и не оставят ни единой возможности прикоснуться друг к другу.
Папа был дома, обедал в гордом одиночестве и, судя по его приподнятому настроению, он еще не был в курсе последних новостей о том, что его дочь спуталась с его пасынком.
― Привет, па! Как там Катя? ― обняв его, спросила я и стащила кусок куриного филе из его тарелки.
― Ттт, ― постучал по столу он. ― Катя в порядке, ребенок тоже, слава богу, ― в этот момент Тима сел за стол напротив папы и с серьезным видом уставился на него. ― Ребята, спасибо вам за поддержку.
