Автор
В Михалычевском лицее пять девочек на один. Четвертка вступает в притязания за главную роль — собственный сводный идеал. Главная героиня, первокурсница Алина, не просто борется с толпой, но и противостоит глубоким внутренним страхам. А вокруг нее рушится мир: друзья-сестры, любимый учитель — все мигом перестраивается в препятствия, ставшие непреодолимыми преградами на пути к своей цели....
А потом вдруг меня осенило:
«А этот ее ухажер случайно не тот парень, про которого недавно Левша рассказывал?» ― задумался я. ― Блин, точно же ― он!»
И как этот гондон еще живым по универу ходит после того, что сделал?
Тогда папочка генерал отмазал его так красиво, что было не придраться.
Только узкий круг людей знал всю правду. И я в него входил.
«Она собралась встречаться с этим утырком? Вот дерьмо!»
Я включил музон, и только собрался выехать с парковки, как вдруг из дверей универа выскочила Тася и решительно пошагала в мою сторону.
― О-о, смотрю, кто-то одумался?
Я убавил музыку и с довольной улыбкой откинулся на спинку кресла, ожидая, когда она откроет дверь и сядет ко мне в тачку.
Но Тася прошагала мимо.
Вид у нее был не айс: губы сморщены, куртка нараспашку, в глазах пылал пожарище, а еще, вроде, и волосы были мокрыми.
«А что это на ее голове?» ― нахмурился я, глядя на предмет, очень схожий с какашкой.
Дернул за ручку, чтобы выйти из машины и узнать у нее, в чем дело? Но тут на горизонте нарисовался ее Чиполлино.
Бежал за ней так быстро, что луковица на голове тряслась.
Я наблюдал в зеркало, как он догнал Тасю, обнял, убрал с головы эту «какашку» и, взяв за руку, повел к серебристой иномарке.
«Ниче такая тачка, ― заметил я. ― Батя купил?»
Только они выехали со стоянки, как из универа вышли Одинцова и ее подруга Ирка.
Я заглушил мотор и выскочил из машины.
«Вот сейчас ты и отдашь мне ключи!»
Одинцова от меня шифровалась весь день, никак не мог ее выловить, чтобы забрать ключи от квартиры.
Неудивительно. Ей не хотелось выезжать из хаты и снова перебираться к предкам в Домодедово. Ведь, как она сама не раз говорила, в центре Москвы жить куда круче."
"Стоя на крыльце, Ира обнимала Алину и гладила ее по спине.
«И что же на этот раз стряслось у Одинцовой? Ноготок сломала?» ― мысленно посмеялся я.
А когда взобрался по ступенькам и подошел к ним, заметил, что Алинка плачет навзрыд.
Я не первый год знал ее, давно привык к капризам из-за всякой ерунды, и перестал обращать на них внимания.
― Алин, ключи дай! ― грубо попросил я.
Она обернулась и громко всхлипнула.
Я, нахмурившись, смотрел на ее лицо: на щеке царапина, из губы сочилась кровь, волосы торчали так, словно их хорошенько потрепали.
Ира, глядя на меня, вздохнула и помотала головой.
― Н-да… Хорошая парочка, ничего не скажешь. Один с фишкой под глазом, вторая ― с расцарапанным лицом.
Алина сморщила губы и ТАК посмотрела на меня, как будто это я ее разукрасил.
