Автор
В жарком клубе Макс притворно издевается над своей подругой, обдавая дымкой алкоголя и ритмичным грохотом музыки. Ненависть к нему ярко ощущается на поверхности, но желание накаляется еще сильнее, как будто Макс стал источником не только проклятий, но и невыносимой потребности....
- Не истери, малышка, - хихикает Таня, - я же говорила, что он будет мой, - продолжает выговаривать нажевывая жвачку.
Становится мерзко то тошноты. Кисляевы всем своим составом достали меня. Мажоры, уверенные, что все и всегда будет так, как они хотят.
- Где находится уборная? Я хочу привести себя в порядок, - спрашиваю у Тани.
- У входа, вон там, - рукой показывает девушка.
- Где вы застряли, молодежь? - зовет всех Николай Степанович. – Успеете еще поболтать, идите сюда, Розалия вынесла напитки, - поторапливает нас.
- Я отойду, - произношу холодным голосом.
- Ась, ты куда? Пойдем проведу, - сразу же реагирует Макс.
- Нет, - отталкиваю его. – Иди к своей будущей жене, - отвечаю абсолютно серьезным голосом.
- Воу-воу идеальная парочка ссорится, - реагирует Федя.
Еще бы. Ему нравится это. Хотел ведь разлучить меня с Максом и, похоже, не остановится, пока своего не добьется. Ему мало секса, мало насилия, ему нужно разрушить и меня, и отношения с Максом.
- Перестань, - шикает на него Грицаев.
- Отпусти, я отойду и вернусь, - с остекленевшими глазами отстраняюсь от своего парня. – Идите, я сейчас приду и поддержу ваше шоу, - блефую, совершенно понимая, что не задержусь тут больше ни минуты.
Николай Степанович начинает нервничать и все направляются к нему, я, имитируя поход в уборную, направляюсь к выходу и вызываю такси.
Не хочу больше ничего.
Ни любви. Ни отношений. Ни этого скотину Федю рядом.
* * *По дороге домой решаю, что мне нужно выпить.
Еще через три мы оказываемся в клубе. В состоянии полного раздрая, среди кучи народа я замечаю Макса.
Что?...
Что он тут делает?
Как же Татьяна, встреча и брак?
Да и вообще, откуда узнал про клуб?
Кошусь на Машу и понимаю откуда. Трубку я не снимала, проигнорировав тридцать семь звонков, на сообщения тоже не отвечала.
- Пойдем, - подходит ко мне с грозным видом. На Максе нет куртки и майка облегает каждый его мускул, невольно вызывая во мне мощное возбуждение.
- Отвали! – кричу ему. – Пошел нахрен! Я тебе никто, иди отсюда, - алкоголь придает смелости и наглости.
- Ты часом не охуела, милая? Я сказал, что ты моя, поехали, - качок дергает меня за руку и тащит из клуба.
