Оливер обычно избегает заманивать женщин с амнезией в брак. Но этот раз отличается. Когда женщина, которая должна была бы быть моей мечтой, оказывается перед ним на коленях — он не может устоять. Этот момент открывает новые грани их отношений и вызывает множество вопросов о том, что она могла бы сделать в такой ситуации....
— Почему?
— Доктор Коэн велел мне не беспокоить тебя ничем, что может тебя расстроить. То, что я сделал, тебя расстроило.
Она сузила глаза.
— Измена меня расстроила?
— Как я уже говорил, я никогда не изменял тебе и никогда не изменю. — Я оперся локтем о дверной косяк и взъерошил волосы. — Однако, в духе полной прозрачности, я не воздерживался в тот период, когда мы расстались.
И этот период длился пятнадцать лет.
Она положила зубную щетку на место и бросила полотенце для лица в модную корзину для белья.
— Ты меня беспокоишь.
Я оттолкнулся от дверной коробки, подошел к ней, обнял за плечи и поцеловал в лоб. Мои губы задержались на ее коже.
— Тебе не о чем беспокоиться. Я обожаю тебя. Я бы никогда не причинил тебе боль. У нас произошла заминка. Я просто хочу подождать, пока ты восстановишь память, прежде чем мы займемся сексом. Если после того, как ты все вспомнишь, ты все еще будешь хотеть меня в своей постели, я обещаю, что никогда не уйду.
Она подмигнула мне.
— Значит ли это, что мы не будем спать в одной постели?
— Если тебе неудобно, я могу воспользоваться одной из комнат для гостей.
— Нет. — Она положила ладони мне на грудь. Мы оба заметили, как бешено заколотилось мое сердце. — Я не хочу спать одна. Я хочу, чтобы ты был рядом со мной.
— Твое желание - мой приказ.
— Но никакого секса, пока я не вспомню?
— Никакого секса, пока ты не вспомнишь.
— Хорошо... но как только я это сделаю, ты должен будешь съесть меня в течение сорока минут. — Она подняла бровь. — Как ты делал это в Версальском дворце.
— Это было пятьдесят минут, и конечно же.
— Пока выводил буквы моей татуировки.
— Договорились.
Шансы на то, что она захочет иметь хоть какое-то отношение к моему члену, не говоря уже о других органах моего тела, после того как вернет себе память, были невелики.
Мне некого было винить, кроме себя.
24
Оливер
Девятнадцать лет
— Поздравляю тебя с восемнадцатым днем рождения. — Брайар Роуз подняла свою рюмку с текилой в небо. — До дна.
Она прижала рюмку к губам и откинула голову назад.
Ее родители не явились в женевский дом, чтобы отпраздновать ее день рождения или выпускной. Они оставили сообщение экономке. Что-то о том, что в последнюю минуту получили приглашение на Виноградник Марты от сенатора.
С тех пор Обнимашка разражалась плачем каждый второй час. Поэтому я принял решение забрать ее из этого дома, стены которого пропитаны гнетущими воспоминаниями.
