Автор
Мой Темный Ромео — это драматический роман о молодых людях, решивших бросить все на отсчет и изменить свою жизнь. Сюжет разворачивается в мире где тени несут ответственность за преступления, а свет вынужден скрывать свои подлинные намерения. В этом романе нет простых героев — каждый персонаж имеет свою собственную сторону лукавства и предательства, и это делает чтение необычайно живым и захватывающим....
— Итак, я делаю из этого вывод, что ты абсолютно, безусловно, без сомнения трахаешься со своей женой, — Оливер закончил окуривать свою мужскую пещеру бельем своих шлюх и перешел к сбору пустых оберток от презерватива с пола. С какой стати я решил, что этот бордель достоин моей свадьбы? — И что у нее отличная голова.
— Лернейская гидра, — Зак кивнул. — Одной головы недостаточно, чтобы расколоть лед. Думаю, пять, минимум.
— Перестань говорить о моей сексуальной жизни, — рявкнул я.
Оливер ухмыльнулся.
— Ее сестре уже восемнадцать?
Я швырнул в его сторону полупустое пиво.
Идиоты.
В ту ночь я не был в комнате Даллас.
Главным образом, чтобы доказать себе, что я все еще контролирую ситуацию.
Наше время вместе не было обязательным. Я не был одержим.
На самом деле, я совсем не скучал по ее теплу, киске и поцелуям.
Не тогда, когда я лежал в своей холодной, слишком широкой постели.
И не тогда, когда я смотрел в потолок, гадая, какой новый ад я приготовлю для Мэдисона Лихта завтра.
ГЛАВА 58
Ромео
С самого начала Даллас запланировала Рождество со своей семьей, а я провел его со своей.
"Договоренность, которую мы заключили в те редкие моменты, когда мы разговаривали перед тем, как сбросить одежду. Мы думали, что это будет хорошо работать.
Проблема была в том, что я задавался вопросом, как я вынесу целых пять дней без Даллас рядом со мной.
Навязчивая перспектива подтолкнула меня к эксперименту.
Я планировал избегать Печеньку в течение нескольких дней, чтобы доказать себе, что я действительно могу прожить свою жизнь, не погружая в нее свой член и язык, как я это делал за тридцать один год до встречи с ней.
В первый день я пришел домой достаточно поздно, чтобы она уже уснула.
На второй я приехал с гостем. Оливер. Это наверняка удержит ее в страхе.
К моему удивлению, Печеньки не было на кухне, когда мы вошли в ее естественную среду обитания. Ее не было ни в гостиной, ни в моем кабинете.
В последнем она любила читать и оставлять крошки от перекуса, просто чтобы напомнить мне, что у меня никогда больше не будет опрятного дома.
Оливер накормил себя тем, что Хетти приготовила ранее, а я сделала вид, что не озадачен поведением Даллас.
— Хэтти, — рявкнул я, прервав ее борьбу с пуховиком, — Печ… Даллас здесь?
Она повернулась, нахмурившись.
— Разве это не официальная первая продажа четырнадцатой книги Генри Плоткина? Она, наверное, выстроилась в очередь перед «Барнс энд Нобл» на Потомак Ярдс, пытаясь выхватить первое издание с автографом.
Конечно.
