Автор
Мой Темный Ромео — это драматический роман о молодых людях, решивших бросить все на отсчет и изменить свою жизнь. Сюжет разворачивается в мире где тени несут ответственность за преступления, а свет вынужден скрывать свои подлинные намерения. В этом романе нет простых героев — каждый персонаж имеет свою собственную сторону лукавства и предательства, и это делает чтение необычайно живым и захватывающим....
Даже с моего угла, через всю комнату, я мог сказать, что идея, может быть, и горячая, но исполнение, скорее всего, отправит, по крайней мере, двух из трех участников в реанимацию.
— А если она не захочет меня видеть? — с каких это пор меня это волнует?
— Тогда, по крайней мере, ты знаешь, где стоишь, — Зак поднялся на ноги и направился к двери. Он распахнул ее, ожидая рядом. — И каким бы ни было это место, оно далеко от моего гребаного дома. Прощай, Коста.
Возвращение в Чапел-Фолс стояло где-то в моем списке дел выше переезда к Оливеру фон Бисмарку и ниже пересадки лобковых волос.
Тем не менее, я был здесь, на пороге дома детства Даллас.
Казалось уместным, что теперь я сделал то, что должен был сделать раньше ‒ держал букет в надежде получить любовь женщины, которую выбрал для себя.
При виде меня Шеп отшатнулся на два шага, его плечи напряглись.
— Даллас сказала, что ты знаешь, что она здесь.
Он поднял голову, словно готовясь к пощечине.
Справедливости ради, эта мысль приходила мне в голову раз или два, но, как указала его дочь, я разделяю вину за случившееся.
— Очевидно. Итак, вот он я.
Он собрал жалкие остатки позвоночника и склонил голову, решив дать отпор.
— Она развлекается. Не порти ей жизнь.
Я протиснулся мимо него, как и все эти месяцы назад.
— У меня нет никакого желания портить ей удовольствие.
Он последовал за мной, все еще на грани.
— Тогда что привело тебя сюда?
— Я скучаю по ней.
Я не мог винить Шепа за его шок.
В конце концов, даже я не мог поверить, что тут появился.
Оказывается, в любви нет причин. Она существует, чтобы разрушать. Даже логика.
Я последовал за смехом церковных колоколов. Тот самый, который я раньше ненавидел, а теперь, очевидно, не мог прожить сорок восемь часов, не услышав его.
Он доносился с кухни. Естественно. Любимая комната Печеньки во всех домах, в которые она входила, за исключением библиотек.
Страх сопровождал предвкушение, бурлившее в моем животе. Ей было весело без меня, а я был не в состоянии сделать то же самое без нее.
Я прошелся по коридору, затем прислонился к косяку кухонной двери, наблюдая, как Даллас, Фрэнклин и Наташа пекут яблочный пирог.
Песочное.
Печенька раскатывала полоски. Мука присыпала ее веснушчатый нос и щеки. Ее глаза блестели от счастья, когда она кружилась на своем месте, впервые заметив мое присутствие
Ее губы приоткрылись.
— Ромео? Что ты здесь делаешь? Дома все в порядке? Что-то с отцом?
Дом. Это действительно то, что мой особняк для тебя?
— Все хорошо.
