В новом романе "Мой учитель Лис", автор описывает мир, где отношение к животным кардинально изменилось. В Лондоне подростки восхищаются хищниками и даже создают сообщество для обсуждения их поведения. Опасный и загадочный учитель Лис становится ключом в расшифровке этих изменений, открывая новые грани дружбы, жестокости и веры в природу....
Выложил на стол переданный мне конверт с деньгами, пузатую пачку табака, обнял равнодушную к внучатым объятиям бабулю и вышел за дверь.
Как вы все уже поняли, меня там ждали.
— О, вот он и нарисовался!"
"— Парни, этот сучонок посмел над нами издеваться. Покажем ему, кто тут главный по райончику? — Ко мне навстречу шагнул Большой Вилли, демонстративно засучивая рукава.
И ведь не то чтобы я как-то жутко испугался. Просто их было шестеро, а я один.
Вилли махнул кулаком — мимо. Махнул вторым — мимо.
— Укатаю под мостовую любого урода! Пошли на ветер от моей каюты! Не приведи Посейдон, хоть одна сухопутная тварь подаст тут свой писклявый голосок! Подвешу за колокола любого так выше форштевня, ниже ватерлинии! Ну, малолетние пираты, кого тут протащить под килем?
С этими словами бабуля так взмахнула юбками, что добрую половину банды Большого Вилли просто снесло.
— Вы чё, парни? Это всего лишь тощий недомерок и больная старуха?! — взвыл тупоголовый главарь уличной шпаны.
Я не оговорился, «тупоголовый» — самое то! Потому что моя грубая бабушка вдруг словно бы увеличилась вдвое в рост и в ширину, засучила рукава, оскалила кривые зубы и рявкнула, словно злая фея в детской сказке:
— Кто не спрятался, я не виновата!
После чего она с необычайной резвостью скакнула вперёд, учиняя вокруг себя практически смертоубийство.
Это было самое неджентльменское мордобитие на свете. Бабуля била пяткой по большому пальцу ноги противника, потом коленом в живот, потом локтем в подбородок и с разворота кулаком в нос! Ей-богу, наверное, и двух минут не прошло, как у нашего порога валялась стонущая банда Большого Вилли и несчастные проклинали тот день и час, когда они связались со мной.
Бабуля же, покончив с дракой, по-матросски, зажав одну ноздрю, высморкалась на мостовую и вернулась к себе в дом, громко хлопнув дверью. Чего-то типа «до свидания, внучек!», естественно, не прозвучало. Да, собственно, я и сам не ждал от неё никаких романтических сентиментальностей в псевдосемейном стиле со взаимными лобызаниями и горячими объятиями.
