В новом романе "Мой учитель Лис", автор описывает мир, где отношение к животным кардинально изменилось. В Лондоне подростки восхищаются хищниками и даже создают сообщество для обсуждения их поведения. Опасный и загадочный учитель Лис становится ключом в расшифровке этих изменений, открывая новые грани дружбы, жестокости и веры в природу....
— Я ничего не имею против бульварной литературы, но опасаюсь, что неокрепшие головы могут счесть её некой инструкцией, руководством к действию. Как ты сейчас.
— Но, сэр, это же очевидно…
— Кому? — не хуже меня вспыхнул он. — Благодаря дурачащим детективам тебе ясно, что на старинной башне в центре города можно установить автоматическое оружие, стреляющее по часам с точностью до минуты, так? И что же, кроме тебя, этого никто не читал? Ни один, как ты выражаешься, «преступный ум» во всём Лондоне не додумался купить ту же дешёвую книжку? И этим самым «преступным умам» почему-то не взбрело в голову воплотить в жизнь этот гениальный, придуманный литератором план.
— Я не…
— Отвечай, мальчишка! Почему?!
— Потому… потому что это известно всем? — рискнул я, и Лис мгновенно сменил тон:
— Браво. Ты пошёл путём логики, использовав «бритву Оккама». Если ты не в курсе, то это значит отсечь все лишние детали, дабы увидеть главное. Однако кроме этого стоит учитывать и другие моменты.
— Но в книге…
— Майкл, в твоей книге устраивали покушение на королеву Великобритании. Не спорю, что это само по себе возможно. Официально в ближайшие три месяца нет никаких общегосударственных праздников на Трафальгарской площади, в которых непременно должна была бы принимать участие её величество.
— Я не понимаю, — честно признался я, разводя руками. — Такая хорошая и целостная версия. Может, всё-таки вы с кем-нибудь поговорите и выясните, что тут на чём завязано?
— Что ж, быть может, ты и прав."
"Лис поправил щегольской цилиндр на голове и отважно прошёл прямиком к семье русских медведей. Лично меня ещё за десять шагов уложил бы на тротуар один запах их перегара вкупе с отрыжкой чеснока у самого младшего, но частный консультант Скотленд-Ярда, видимо, не был подвержен таким мелочным слабостям.
— О, дружище! Сколько лет, сколько зим?!
— Маманя, ко мне лиса… лис клеится, — начал было медвежонок, но отец отвесил ему воспитательный подзатыльник балалайкой.
— Подходит к тебе старшой, так и скажи: «Здравствуй, дядя!» А ты чего хотел, лисий сын?
— Да я живу здесь, — широко распахнул лапы мой учитель.
