Девушка выдохнула и потянулась, взглянув на серебристую ручку двери. Волчица внутренне сжалась, но решительно направилась к входу. Теней и мрака в подвале ощущался зловещий замок, а запах сырости напоминал о давно забытых страховых кошмарах.
Никогда не блистала в школе, все мне давалось исключительно усердием и усидчивостью. Точные науки – на чистом упрямстве. Языки – только зубрежка. А вот вызвать ураган оказалось в разы проще, чем заучить теорему. Кто бы мог подумать…
И как мне жить с этим открытием дальше?
Допустим, Мила поможет мне, я буду что-то должна за эту услугу? И смогу ли я за нее расплатиться?..
А Митир? – я боязливо посмотрела на закрытую дверь, сквозь мутное стекло душевой кабинки. Почему он мне помогает? Или так принято в их мире? Теперь, наверное, правильней называть нашем мире.
– Я принес вещи, – сообщает виновник моих запутанных мыслей и заходит в ванную. – Оставлю тут. Тут не только твои вещи, но и новые. Мама побеспокоилась. У нее есть любимая забава: наряжать девочек.
Я невольно закрылась от титана. Встала полубоком и ссутулилась.
– Выйди, пожалуйста, – прошу я.
– Ну раз меня еще не вышвырнуло воздушной волной, ты не злишься – стесняешься, – Митир делает вывод и уходит с довольной улыбкой на губах. – Я тебя жду в спальне.
– Хорошо, – буркаю я и тороплюсь закончить водные процедуры.
К моему рюкзаку жмутся бумажные пакеты. Их содержимое я осматриваю мельком и отставляю в сторону. Мне не нужно чужое.
Я брала с собой самую необходимую и простую одежду и сейчас вынуждена вновь надеть сарафан.
– Фен в первом ящике, – слышу голос из-за двери.
– Спасибо, – отвечаю я и понимаю, что сказала слишком тихо. – Спасибо, – повторяю я громче.
– Можешь не кричать, – от звука мужского голоса я вздрагиваю.
Митир стоял прижавшись плечом к дверному косяку.
– Буду знать, – произношу и по мне проходит словно разряд тока. – Насколько хорошо ты слышишь?! – я замираю с феном в руках, напрочь забывая о том, что собиралась высушить волосы.
– Очень хорошо.
– Насколько хорошо? – уточняю я.
– Я бы сказал: отлично."
"По извиняющейся улыбке титана, я понимаю, что мы думаем об одном и том же.
– Вы знали, что я услышу ваш разговор в тот вечер? Специально его подстроили.
Митир нервно почесывает щеку.
– Ты будешь злиться, – отвечает он. – Но это был единственный способ убедить тебя в том, что я свободен.
В этот раз окна остаются целы, но я слышу завывания ветра где-то над нами.
«Агата, не злись», – уговариваю себя. «Могут пострадать невинный люди».
«А невинные ли они?» – тут же задаюсь вопросом. «Очень в этом сомневаюсь».
– Моя яблочная ведьма, – титан тянет руки и говорит со мной так, будто я ребенок, чем злит еще сильней.
