Девушка выдохнула и потянулась, взглянув на серебристую ручку двери. Волчица внутренне сжалась, но решительно направилась к входу. Теней и мрака в подвале ощущался зловещий замок, а запах сырости напоминал о давно забытых страховых кошмарах.
И дать гарантию того, что другие стаи ее не примут, – он обратился к Альфам.
– Но это верная смерть для нашей дочери, – голос волчицы задрожал, как и ее пальцы прерывающие приоткрытые губы.
Лео кивнул и добавил:"
"– Я уверен, что твоя дочь найдет способ сохранить себе жизнь. Лесана показала удивительные способности к манипуляции.
– Справедливо, – заметил Баров. – Но отложим это решение до следующего совета.
– Согласен, – подтвердил Петров. – Встретимся через месяц.
– Я не понимаю… – вырвалось у меня из груди рычанием.
Зверь рычал вместе со мной.
– Мы даем время Платовым опровергнуть ваши обвинения, а вам, – Баров весело фыркнул, – еще раз доказать свою правоту. Если ваша пара действительно имеет истинную связь, твоя ведьма к этому сроку будет носить волчонка.
– Я не приведу Агату на совет, – прорычал я. – Я не дурак, чтобы подвергать их опасности.
Я неосознанно произнес “их”, твердо уверенный в том, что ближайшее будущее принесет мне радость… или же огромную боль. Все будет зависеть от моей маленькой ведьмы и от ее выбора.
Волчица вытерла слезы.
– Вам придется, – сказала она твердо. – На кону жизнь моей дочери. Со своей стороны мы пообещаем, что не тронем девушку ни зависимо от ее положения.
– Нет! Агата не будет присутствовать на совете. Она не контролирует силу. Это в ваших же интересах, – настоял Лео.
– У вас месяц все обдумать и принять решение, – подытожил Петров.
Кажется, они с Баровым обговорили наш вопрос еще до Совета, слишком единодушны они в решении, и их Беты оставались в тени.
Судя по недовольному лицу Лео, его посетили те же мысли.
Мы быстрым шагом отдалялись от места встречи.
Я заговорил первым и озвучил то, что и так все знали:
– Я не позволю Агате быть на совете.
– Я знаю, – кивнул Лео сосредоточившись на чем-то перед собой. – И ты будешь прав. У меня нет доверия к стае Платова.
– Знаешь, что меня пугает больше? – спросил я.
Дядька вопросительно протянул:
– М-м-м?
– Платов откажется признавать решения Совета кланов. Просто проигнорирует. Для него не будет достойного аргумента, подтверждающего вину его дочери.
– Скорее всего, – согласился он.
– И что тогда?
– Тогда у нас будет возможность не только защищаться, но и нападать. Хоть я этого и не хочу, – признался Лео.
– Я беспокоюсь за Агату.
– Не стоит, – хмыкнул дядька.
