Девушка выдохнула и потянулась, взглянув на серебристую ручку двери. Волчица внутренне сжалась, но решительно направилась к входу. Теней и мрака в подвале ощущался зловещий замок, а запах сырости напоминал о давно забытых страховых кошмарах.
Митир настоял на том, чтобы все занятия проходили в домике и только в присутствии кого-то из членов стаи. Естественно, этот член стаи четыре раза из пяти был сам инициатор этого условия.
Мои попытки выяснить причины обеспокоенности титана, он каждый раз сводил к шутке. Но я догадываюсь о них. Тиа слышала что-то урывками о предстоящем Совете кланов. Кажется, там должна решиться судьба волчицы, что обманывала титана и стаю в течение нескольких десятилетий. Но ничего конкретного фамильяр не узнал.
– Продолжаем? – уточнила Мила, но почему-то не у меня, а у Митира.
Я ощутила страх. Чужой. Страх оборотня.
– А как ваше имя? – спросила я, поглядывая на Митира.
– О, – блондинка хитро улыбнулась, – я забыла сказать о главном условии.
– А кому вы доверили свое имя?
– Сыну, – с легкостью произнесла ведьма. – Бабушке, что меня обучила и воспитала. Фамильяру.
– И все? – уточнила я.
– Нет. Еще своему демону. Но это произошло не сразу. Прошло почти десятилетие, пока я доверилась Андрасу.
Титан нервно дернулся, пугая меня.
– На сегодня хватит, – произнес он закашлявшись. – Спасибо.
– Как скажешь, волк. Как скажешь. До встречи через семь дней, – Агата улыбнулась мне. – Паскаль, приведи Эрика, я хочу домой, – произнесла она, выходя в полумрак.
Мы остались с титаном вдвоем. Он не смотрел на меня, отводил взгляд, и я чувствовала его злость, как свою.
– Почему ты ее обидел? – спросила я тихо. – Мила же не сказала ничего плохого.
– Не сказала, – повторил за мной оборотень.
– Тогда я тебя не понимаю.
Титан плотно сжал челюсть и задался целью раскрошить себе зубы. Дышал глубоко и шумно.
– Я боюсь, что ты оставишь меня, – признался он.
