Девушка выдохнула и потянулась, взглянув на серебристую ручку двери. Волчица внутренне сжалась, но решительно направилась к входу. Теней и мрака в подвале ощущался зловещий замок, а запах сырости напоминал о давно забытых страховых кошмарах.
Ее образ заклубился, опустился к земле, и ядовитым черным дымом стал просачиваться ко мне.
Тьма из моего сна…
– Не приближайся! – я прикрыла ладонями живот.
– Не буду, – заверила тьма. – Ты сама ко мне придеш-ш-шь, если хочешь, чтобы оборотень ш-ш-шил.
Субстанция колыхалась, у тьмы не было глаз, но я была уверенна, что ее взгляд устремлен на мои руки. А еще веяло холодом и чем-то ядовитым. Я с трудом вдыхала смрадной воздух.
– Ш-ж-жду тебя, молодая ведьма. У оборотня есть десять минут, а потом я с-с-сделаю так, что его ш-ш-шиснь оборвется по-настоящему.
Глава 31. Митир
На совет мы преднамеренно прибываем первыми. Не стоит давать лишний раз возможность переговорить Альфам других стай. Платовы прибывают последними – что не удивительно. Лица отца и дочери выражают обеспокоенность. Хорошо играют, не подкопаться."
"Приветствия быстрые и сухие, их вообще можно было опустить. Ни я, ни Лео не жмем протянутую ладонь Платова, ограничиваемся короткими кивками. Лесана держится за спиной отца, и вид у нее кроткий и смиренный.
На языке крутится много вопросов к Лесе, но их все я проглатываю. Не хочу давать повод для диалога и тянуть время.
– Начнем, – произносит Лео. – Месяц прошел. Мы вновь встретились, и Иван с Лесаной здесь. Не вижу смысла откладывать решение Совета. Все обвинения высказаны. Наша позиция в этом вопросе не изменилась: мы требуем изгнание Лесаны из стаи. Плюс вы, – теперь он обращается к Петрову и Барову, – не примите изгнанную.
Барову явно не нравится тот тон, с которым все было сказано.
– Мы договаривались, что доказательством обвинений послужит беременность ведьмы, – произносит он.
– Нет, – я вступаю в разговор. – Такой договоренности не было. Вы просили об этом, я сразу отказал. Беременной самке нечего делать на Совете.
– Будто вы нам не доверяете, – обиженно произносит Платов.
– Совершенно верно, – отвечает Лео. – У нас нет доверия в принципе к Совету, – произносит твердо.
– Ты нас в чем-то обвиняешь? – уточняет Баров.
– Да. Как минимум в волоките. А возможно будут и другие обвинения. Это будет зависеть от того, что вы озвучите. Доказательств больше, чем достаточно. На волчице нет метки, – он указывает на Лесану. – Союз был разорван Селеной, – говорит и ждет реакции. Я не хотел озвучивать этот аргумент.
