Девушка выдохнула и потянулась, взглянув на серебристую ручку двери. Волчица внутренне сжалась, но решительно направилась к входу. Теней и мрака в подвале ощущался зловещий замок, а запах сырости напоминал о давно забытых страховых кошмарах.
– Ну идем, – мама приобнимает меня за плечи и поднимает на ноги. – Дед пришел, пора садиться за стол.
К голосам титана и Ники прибавляется третий. Родной, спокойный, умиротворяющей. Деда всегда видел во мне не просто девчонку, он знал: внутри меня скрывается сила. Поддерживал, пытался помочь жить с даром, искал объяснения всему, что со мной происходило и никогда не высмеивал.
Я выхожу из спальни первая, игнорируя пристальный взгляд титана. Не дождется – не взгляну. Моего невольного признания в любви хватит.
– Привет, дедуль, – здороваюсь я.
– Куда ты тянешь свои крохотные лапки, моя мышка? – поддевает оборотень и опережает меня. – Иди, – отталкивает бедром, – садись за стол, прожорливое брюшко.
Я морщу нос от обращения. Подумаешь, стала есть больше привычного, так это не я, а волчонок требует пищи. И все, что готовит Вела безумно вкусное.
Деда моет руки и присоединяется к нам."
"Мама сегодня расстаралась. На столе все, что любим мы все, даже для Митира тушеная баранина.
– Отпразднуем, – произносит он.
Титан накрывает рукой свой фужер, отрицательно покачивая головой.
– Не пью алкоголь. Нам с Агатой я налью сок, – говорит он. – И Нике.
Деда лукаво поглядывает на меня, жмет плечами и наполняет свой и мамин фужер.
– За новоселье, – произношу я, протягивая бокал.
– За правнучка, – довольно произносит деда. Улыбается. – Надеюсь, за свой век я успею познакомиться с вашими детишками.
– Успеешь, дядь Петь. Успеешь, – не менее довольно отвечает титан, а я краснею гуще и гуще.
Ника хихикает, таращит на меня глаза и тараторит:
– Да? Правда?! Да? Ну правда, что ли?!
– И почему все такие догадливые, когда не нужно? – ворчу я.
– Думаешь, удалось бы долго скрывать этот факт? – поддевает меня титан, притягивает и целует в макушку. – Да, малая, у нас скоро будет ребенок, – произносит с гордостью, обращаясь к Николь. – Племянника хочешь?
– А почему ты решил, что это будет мальчик? – уточняю я.
– Я предположил… А ты что-то знаешь? – спрашивает обеспокоенно. – Видела, да? – вспоминает, что мы не одни и добавляет: – На УЗИ.
– Нет, – успокаиваю взволнованного оборотня. – Пол я не видела.
– А что видела? – не успокаивается он.
– Самого малыша. У него будут твои глаза. Такие же голубые-голубые, – говорю тихо. В этот момент мне хочется с Митиром наедине, разделить его только вдвоем. Прижаться и просто посидеть в тишине.
