Девушка выдохнула и потянулась, взглянув на серебристую ручку двери. Волчица внутренне сжалась, но решительно направилась к входу. Теней и мрака в подвале ощущался зловещий замок, а запах сырости напоминал о давно забытых страховых кошмарах.
– Да, сейчас принесу. А как вы нас нашли?
– Это не сложно сделать в поселении с десятью жилыми домами.
На полке шкафа я выбираю самое новое, на мой взгляд, и мягкое полотенце.
– Что-то еще? – протягиваю махровую тряпицу.
– Да, будь добра, выйди. Мне нужно осмотреть больного.
– Хорошо, – отвечаю я, посматривая на титана.
Он неторопливо присаживается на кровать, а уже потом встает. Его взгляд потуплен и хмур. Не врал, действительно почувствовал себя плохо. А я навыдумывала каких-то нелепиц.
Пока проходит осмотр, и мужчины тихо переговариваются между собой, присев на краешек кухонного стола, я читаю про случаи удара молнии в человека.
– Агата, – зовет меня Константин. – Я сейчас поставил систему. Капать она будет около часа. Сможешь потом вытащить иглу?
Я осматриваю конструкцию. Пакет с прозрачной жидкостью привязан к полочке, на которой раньше стояли цветы.
– Я?..
– Да, ты. Вот смотри, здесь прикладываешь ватку, а правой рукой вынимаешь иглу. Справишься?
– Наверное, – отвечаю я. – А, разве Дмитрию не надо в больницу?.. – спрашиваю я совсем растерянно.
– Его ни в коем случае нельзя сейчас транспортировать, – заверяет мужчина, собирая вскрытые ампулы. – Только покой. Одно неверное движение… и… – он замолкает, словно боится мне что-то сказать. Подходит ближе, скашивает взгляд на титана и говорит тихо-тихо: – Его сердце может остановиться.
– О-о-о, – выдыхаю я.
– Только, тс-с-с, – Константин прикладывает указательный палец к губам. – Не нужно его волновать.
– Я поняла.
– Какая бы ни была погода, я приду завтра, – заявляет мужчина. – Опять начинается дождь, – замечает, бросив мимолетный взгляд в окно и захлопывает саквояж.
– А если ему станет плохо? – я бегу вслед за врачом, готовая в любую секунду схватиться за мужской локоть и повиснуть на нем.
– Сейчас нужен только покой и забота.
– Покой и забота, – повторяю я ошарашено, возвращаясь в дом.
Вместо того, чтобы попрощаться с титаном, и наконец жить спокойно, я захожу в комнату и спрашиваю:
– Все хорошо?
– Да, – отвечает он. – Но не могла бы мне табурет под ноги поставить, сводит их жутко.
– Да, конечно, – помогаю я.
– М-м-м, спасибо, – мужчина блаженно вытягивает ноги. – А что тебе сказал Константин?
– А? Когда?
– Ну вот, вы шептались.
