Наконец осмелилась нарушить покой вечера, чтобы выполнить свою миссию - это задание от правителя белых драконов, и теперь я в полном одиночестве должна разоблачить коварного убийцу. Но больше всего меня тревожит другая мысль: что если он окажется не просто врагом, но и моим будущим бойфрендом?...
— Я обучил и подготовил тебя не для того, чтобы ты мне всё испортил своей неожиданной жалостью. Или это не жалость? Кое-что другое, а? — мерзким, понимающим тоном проговорил он.
Я молчал и сжимал кулаки изо всех сил. Ани, милая непосредственная Ани, с каждым днём у меня было всё меньше злости и всё больше желания быть рядом с ней.
Она же ни в чём не виновата!
— Понравилась тебе девчонка Ирр? Так сильно, что ради неё ты готов забыть о благородной мести?"
"— Благородной? — Я пнул камень, и тот откатился вбок. — Где ты благородство видишь, демоны бы тебя побрали?!
— Тише, Рикенн! А то вся деревня сбежится.
И он был совершенно прав. Я ничего не мог сказать, ничего не мог поделать — наставник связал меня по рукам и ногам.
— Помни, что я тебе велел, — прозвучал напоследок шипящий голос. — Убей Анию, и твои родители будут отомщены, а твоей матери я верну здоровье. Даю в этом священную клятву!
XVII
Утреннюю проверку слуг я благополучно проспала, но, со слов Эсимэ, ничего страшного не произошло.
— Господин Ирр просто собрал нас всех, и мы по очереди выпили водички с каплей зелья, — стоя у окна, Эсимэ отдёрнула тяжёлые красные бархатные портьеры, чтобы лучи иллюзорного солнца проникли в комнату. — Представляете, ради того, чтобы это зелье составить, он взял силу трёх артефактов и кучу редких ингредиентов!
Я потянулась в кровати и легла поудобнее, обняв подушку обеими руками.
— Значит, опыт прошёл удачно?
— Ну, кто-то побледнел или испугался до дрожи в коленках, у кого-то сердце заколотилось… А так ничего. Райле присматривала, чтобы никому плохо не стало.
Про артефакты и ингредиенты я позже расспросила у самого Каэма, зайдя к нему в лабораторию и усевшись за стол напротив. Здесь чего только не было — бутылочки, пузырьки, чаши и чашки разных размеров, какие-то пока неизвестные мне порошки, знакомые травы и много чего другого… А за спиной — шкаф с зельями, где каждая бутылочка отмечена соответствующим символом.
— Зелье закончилось, а следующее я сделаю не раньше, чем лет через пять, — сказал мне Каэм, рассматривая узкие фиолетовые листья аянки через увеличительное стекло. На них водились совсем крохотные жучки — если не разглядеть и нечаянно ссыпать их в котелок вместе с травой, испортят всё зелье. Саму же аянку можно было использовать как в хороших, так и в дурных целях.
