Автор
В роскошном баре «Сент Реджис» весело суетятся официанты, готовясь к вечернему звездопаду — небольшие огни на улице уже начали заплясывать. Кирилл и его приятель Илюха по очереди подносят бокалы к губам: только две звезды упала сегодня, но это не отменяет традицию выпить за природу радости....
Давай, бери своих и приезжайте.
– Маша с Пашкой в больнице. Ковид, прикинь? Плохо ему ночью стало. Я так перетрухал.
– Сочувствую. Пусть выздоравливает. Твой парень боец. Я в нем уверен.
Илюха друг близкий, сына моего крестил. Его поддержка важна и приятна.
– Ну ты давай, не кисни и к нам приезжай. Что тебе тухнуть одному, а?
Я прикинул время между нашим домом и западом Подмосковья – решил рвануть. Завтра на службу, посидим чутка и по домам."
"Дороги были пустыми – через час остановился у загородного дома Озерских.
– Приехал! – Илья с руками, испачканными маринадом, побратался со мной.
– Из подарков у меня только пятидесятилетний «Чивас Ригал», – кивнул на бутылку.
– Пойдем, будем вискарик под шашлычок вкусно очень.
В гостях были родители Сони, жены Илюхи, несколько товарищей из его отдела и… Антон с Мариной.
– А Абрамовы откуда здесь? – спросил вроде как между прочим. Не то чтобы меня смущало что-то, но адреналин ударил по нервам.
– Да Антон позвонил, слово за слово и приехали.
Я слушал вполуха, потому что Марина вышла из дома с блюдом нарезки и шла к нам. Обтягивающие джинсы и короткая майка, оголявшая живот, волосы в хвосте, на губах робкая улыбка.
– Я вам закуску принесла, мальчики, – поставила рядом блюдо. На меня быстрый взгляд бросила и, виляя задницей, пошла в беседку.
– Спасибо, Маринчик, – бросил Илья, переворачивая шампура. – Как там Маша? Сильно переживает?
– Как обычно, – ответил и сухо добавил: – Машка всегда сильно переживает.
Илюха поднял голову и очень внимательно на меня посмотрел:
– У вас как вообще?
– Нормально. Не знаю. Кризис у нас, похоже. Хотя я не верю в кризисы.
– Вы ж не разводитесь, надеюсь?! – ошалело уточнил Илья.
– Сплюнь! – оборвал я. – Я люблю жену.
Неожиданно вспомнил про часы. Я ведь так и не подарил их. Жене и сыну все покупал. Ни в чем отказа не знали. Дом – та самая полная чаша. Но все это данностью стало.
