Автомобиль летит по застывшей снежной пыли, снаружи мир тускнеет до серого пятна, но внутри машины жизнь бьется как мелкая зверюшка в железном кломпе. Моя дыхание вырывается прерывистыми волнами из крепко пришитой за живот куртки, каждый удар проникает сквозь ткань и задевает кожу, ожидая своей очереди выжить....
Захар сейчас шутит? Или он играет в свою игру, заставляя меня принимать в ней участие? Я не хотела этого всего — не хотела быть замешанной в убийстве его невесты, однако почему-то мое сердце разрывалось от мыслей и воспоминаний о том, что с ней сделали. Я чувствовала свое непосредственное участие во всем этом, хотя на тот момент, как я поняла, мы даже не были знакомы с Яном…
— Я не понимаю, чего ты хочешь добиться всеми этими действиями, — честно призналась я, — ты не убил его, хотя в твоих глазах стоит такая ненависть, что ты меня пугаешь.
— Зачем же так легко мстить, Ярослава? Его смерть не принесла бы мне никакого удовольствия, она бы принесла тебе боль, и твое отношение ко мне изменилось бы. А мне это не нужно.
— То есть? — прищурилась я, — послушай, я не хочу во всем этом принимать участие. Если Демьян действительно виноват, он должен… — я глубоко вздохнула, — понести наказание, но только по закону. А чего хочешь ты, я не понимаю… и не хочу понимать.
— Ярослава, — холодно произнес он, — я нанесу человеку такую боль, которую он бы не познал от выстрела в голову.
Захар остановился на светофоре и перевел на меня взгляд. Сердце гулко забилось от того, что я прочитала в его глазах:"
"— Я тебя ему не отдам. Он забудет твое лицо, твои поцелуи и твою любовь.
С каждым словом он словно вколачивал в меня гвозди, но я не могла отвести взгляда от его темных глаз.
— Я объясню тебе лишь один раз: ты не должна бояться меня ни днем, ни ночью, потому что я тебя не трону.
Что-то гулко застучало в висках, но я не отрывала от него своего взгляда.
— Ты сошел с ума, да? — прошептала я, чувствуя начинающуюся дрожь, — я не твоя…
— Считай, что с этого дня ты — моя пленница. И поверь мне, это лучший из вариантов, что я мог бы с тобой сделать.
Светофор загорелся зеленым, и мы стартанули. Неслись по весенним улицам куда-то, за окном стояла непроглядная темень, а в душе было черти что.
Я знала совсем другого Захара, правда, тогда он не знал истинную меня. И вдруг мне стало интересно: а если бы я уже тогда, в первый день нашего знакомства назвала имя Демьяна, он бы сразу меня убил? Ведь к тому времени мы друг друга совсем не знали, не было совершенно никакой привязанности. Как бы он поступил тогда? Смог бы совладать со своим желанием мести?
— Что сейчас с Яном? — тихо спросила я.
— Ведется следствие.
— А его друг, про которого ты тоже упомянул?..
