Автомобиль летит по застывшей снежной пыли, снаружи мир тускнеет до серого пятна, но внутри машины жизнь бьется как мелкая зверюшка в железном кломпе. Моя дыхание вырывается прерывистыми волнами из крепко пришитой за живот куртки, каждый удар проникает сквозь ткань и задевает кожу, ожидая своей очереди выжить....
Сердце трепыхалось в груди, как раненое, а легким катастрофически не хватало воздуха. Неужели это все? Как моя попытка побега могла не удастся, с чего Ян вернулся так рано?!
- Дай угадаю: паспорт? — ухмыльнулся он, делая шаг вперед.
Я крепче сжала самый дорогой мне предмет: в паспорте еще была и моя карточка с денежными переводами от родителей по праздникам и прочим дням. Эти деньги я бережно откладывала и, как оказалось, не зря.
Его глаза зажглись каким-то недобрым огнем, а взгляд остановился на моей часто поднимающейся груди.
— Вы мне ничего не хотите сказать, юная полячка? — спросил Ян, оказываясь совсем рядом.
Я немного опустила голову, смотря точно перед собой. Весь коридор сузился до мизерных размеров, а дыхание участилось из-за нехватки воздуха. Я ведь не боялась Яна, не боялась его злости, его агрессии. Он никогда не поднимал на меня руку и не принуждал ни к чему. Я боялась реакции на него.
Реакции своего тела.
— Ярослава… — прошептал он, а его рука метнулась к моему лицу.
Несколькими пальцами он коснулся моей скулы, затем виска и, спустившись ниже, прикоснулся к губам.
Я смотрела на бьющуюся жилку на его шее и понимала, что я попала.
Крупно попала.
Демьян стоял передо мной — уверенный, сильный и как всегда непоколебимый. И да, черт возьми, он знал мою реакцию на него. Слышал мое участившееся дыхание от его рук — его прикосновений и ласк, видел, как подрагивают мои пальцы на руках, как я напряжена.
— Скажи мне… Ты хотела бежать? — вкрадчиво спросил он.
Его большой палец немного надавил на нижнюю губу, заставляя меня раскрыть их.
— Нет, — выдохнула я, — у тебя неправильная формулировка! Я хотела лишь к своим родителям…
Я подняла глаза. Демьян стоял, внимательно наблюдая за мной. Его расслабленная поза была слишком неестественна. Мне казалось, что если я сейчас предприму попытку бежать, то он ринется за мной в ту же секунду и, несомненно, настигнет, запрет двери, не отпустит. Он нервничает, и я это видела по его плотно сжатым губам, напряженному взгляду светлых глаз и слишком расслабленной позе, что не шла в сравнение с остальным…
Я прикрыла глаза на несколько секунд, а затем устало вздохнула и сделала шаг назад.
— Прости, я бы хотела немного отдохнуть… — прошептала я, отступая.
Слишком. Его присутствие слишком давило меня, заставляло подчиняться. Подчиняться мое тело, но только не разум. Для этого было слишком поздно.
Слишком поздно и больно.
