Автор
Карина решается на сломанную операцию для сохранения своей жизни ради рождения ребенка, которого она теперь не может себе позволить. В телефонном разговоре с врачом Карина наконец-то берет в руки возможность измениться и делает выбор, который перевернет ее жизнь и те, кого она считала своими родными....
Похоже, «(моя) чужая семья» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Глава 12
Карина…
Когда мы приехали, создалось впечатление, что медицинский центр принадлежит Юданову. Буквально каждый сотрудник чуть ли не рассыпался перед ним. Мужчина в ответ лишь смотрел на всех так, будто ему плевать. Нас проводили на второй этаж, где уже ждала доктор.
— Доброе утро. Я Лидия Васильевна, буду вашим врачом, если конечно вы этого захотите, — обращается ко мне, — Карина Владимировна, вы что—нибудь ели? – отрицательно мотаю головой, — Отлично. Тогда прошу сюда, — подталкивает к одной из дверей.
Голос женщины звучит добродушно, вот только меня охватывает мелкая дрожь. Никогда не боялась иголок, но сейчас….Что—то меняется. И когда медсестра собирается взять кровь, отворачиваюсь и зажмуриваюсь.
— Карин, тебе нехорошо? Ты боишься? – обеспокоенно интересуется Кирилл.
— Нет, просто…, —сама не знаю, как это объяснить, — Не хочу смотреть.
Слышу какой—то шорох, но глаза не открываю.
— Всё готово, — сообщает медсестра. Только после этого немного выдыхаю.
Первое, что я вижу, это Юданова, который сидит напротив. Но не просто, а словно защищая меня от лицезрения медсестры. Из горла вырывается нервный смешок.
— Что не так? – спрашивает, отмечая мою реакцию."
"— Да нет, ничего. Ты словно не хочешь, чтобы я видела…, — не знаю, как правильно выразить свою мысль. Однако ответ мужчины вгоняет в ещё больший ступор.
— Тебе же было неприятно. Вдруг бы ты неожиданно открыла глаза и испугалась, — невозмутимо отвечает. Меня так и подмывает спросить: «И что с того? Подумаешь, испугалась бы», но слова застревают в горле. Вроде бы такой простой жест и одновременно такой милый.
— Идём? – отрывает меня от странных мыслей.
— Да.
Лидия Васильевна приглашает нас в кабинет.
— Прилягте на кушетку, — делаю то, что мне велят, — А папа может сесть на стульчик, — наверное, нужно поправить, ведь она явно говорит про Юданова, но ведь он не папа.
Оголяю живот, и на него тут же наносят прохладный гель. Кирилл так и держит меня за руку. Не вырываюсь, потому что мы на людях. Мало ли как он отреагирует на подобную дерзость.
— Так, посмотрим, — врач устремляет взгляд на монитор. Я тоже.
