Автор
Друг подкидывает ему досье на официантку. Герой заинтригован, но не знает, почему не может забрать девушку себе. Между ними завязывается опасная игра страсти и власти, где каждый скрывает свои истинные намерения. Роман о том, как любовь и одержимость могут разрушить две жизни.
В её голосе сквозила такая отчаянная решимость, словно она собиралась признаться мне как минимум в убийстве. Тем не менее, я выполнил её настойчивую просьбу. Вернулся и сел на свой стул, с ожиданием уставившись на девушку.
Даша снова сделала тяжкий вздох, придвинулась ближе к столу и сложила на него руки, прямо как школьница.
— Еще когда я училась в старших классах, у папы стало иногда прихватывать сердце, — каким-то неестественным голосом начала она свой рассказ. — Мама постоянно говорила ему, чтобы шел в больницу, но он лишь отмахивался, говорил, что наши врачи все равно ничего не соображают, а в город ехать некогда — работа, хозяйство… Мама тоже работала, а от меня помощи было мало, я готовилась к ЕГЭ, и никто меня лишний раз не дергал. Но готовилась я, откровенно говоря, не слишком на совесть. И не добрала совсем немного баллов, чтобы поступить на бюджет, а это означало, что маме с папой нужно будет хорошо поднапрячься, чтобы оплачивать мое обучение. Мама предлагала повременить, пропустить год, а на следующий попробовать пройти тестирование еще раз. Но папа был против, да и мне не хотелось терять целый год, ведь все мои одноклассники, даже те, кто не поступил на бюджет, собирались учиться платно. В итоге решение было принято, я уехала, а еще через год папы не стало…
Она сделала паузу, а я нахмурился. Не такого рассказа я ожидал, да и не представлял, как это может быть связано с нашей текущей ситуацией. Она хочет вернуться к маме, из-за того что уже потеряла одного из родителей, когда была далеко? Если так, то проблема куда серьезнее, чем я предполагал.
— Даша… — медленно произнес её имя, тщательно подбирая слова для очень важного вопроса, но она перебила.
— Подожди, Олег, это еще не все, — снова тяжелый вздох, и не менее тяжелый взгляд исподлобья прямо мне в глаза. — Не думай, я не виню себя в смерти папы. Но я виню себя в халатности. Я ведь могла настоять на том, чтобы он все же поехал в город и обратился в больницу. Он всегда прислушивался ко мне, и наверняка я смогла бы уговорить его, но даже не пыталась… Если б я только могла предположить, чем это все закончится! Если бы послушала маму, не вела бы себя как эгоистка, и действительно попыталась бы поступить на бюджет в следующем году… Папе не пришлось бы вкалывать в два раза больше обычного, и кто знает, может, тогда он был бы сейчас жив… Но тогда я почему-то не думала обо всем этом.
