В уютной комнате девочки и мальчика лет четырех светятся необычными глазами радужки вокруг зрачков. Над ними смотрит мать, а за окном медленно сменяются страницы дневного ряда. Вопрос "А сказка будет?" нарушает их мирный сон и делится только шепотом между близким кругом....
– Это всё же игра…
Изящная кисть легла на предплечье Вейнерда, а Элетта, громко фыркнув, стукнула пятками лошадь и задрав нос, отъехала от Лиса, демонстрируя раздражение и обиду. К ней тут же поспешил Сигер, но Леви его опередила.
– И что тут произошло? – весело спросила она, краем глаза наблюдая за Вейном и Аринтией.
Барон аккуратно снял ладонь леди с руки, но улыбнулся ей и что-то вполголоса сказал. Тигрица разулыбалась, бросила в сторону близняшек снисходительный взгляд и отвернулась. Эли покосилась на Сигера, правильно понявшего ситуацию и не ставшего подъезжать ближе, и тихо буркнула:
– Этот… гад потребовал, чтобы я перестала строить глазки его приятелю! Тоже мне, нашёлся, заботливый! – снова фыркнула младшая Рысь.
Леви усмехнулась.
– Раньше он вообще не обращал на тебя никакого внимания, Эли, так что радуйся, – вполголоса обронила маркиза.
Девушка притихла, покосилась на виконта де Эбстона – он к её счастью ехал рядом с сестрой, хотя и поглядывал на младшую Рысь.
– Хорошо, – пробормотала Элетта.
Дальше они ехали без происшествий. Аринтия не отходила от Вейнерда, Эли держалась рядом с Левидией, и вскоре к ним присоединилась Морин.
– Конечно, эти скромные цветы далеко не так роскошны, как вы того заслуживаете, милая леди, – виконт Эбстон с галантным поклоном протянул ей букетик. – Но как только вернёмся с прогулки, я тут же исправлю это упущение. А пока примите этот скромный подарок, прошу вас.
Эли зарделась, немного смущённо улыбнулась и взяла цветочки.
– Благодарю, вы очень любезны, – отозвалась она, стрельнув в него взглядом.
Леви ничего не могла с собой поделать – она всё же покосилась на Вейнерда, видел он или нет?.. Как выяснилось, видел, несмотря на то, что щебечущая Аринтия всеми силами старалась его отвлечь и то и дело тянула отъехать подальше. И хмурое выражение его лица красноречиво указывало на то, что вояж виконта Эбстона Вейну не слишком понравился.
