Автор
Хельга в знакомом доме смотрит на пустую изголовную кровать и слышит тихий стон ночью. Вспомнить об этом месте было невозможно, но он всегда был здесь — напоминание о предательстве мужа и о том, что никогда больше не вернется домой.
Мы неторопливо прошли мимо здания городской управы, рядом с которым стоял полицейский патруль, миновали банк, который предлагал самые выгодные кредиты с пестрого рекламного щита, и вскоре оказались у больницы. Неподалеку от входа стоял пациент в халате нараспашку — курил, опираясь на костыль, и посмотрел на Максима каким-то особенно цепким взглядом. Мой спутник едва заметно кивнул, и пациент снова сделал затяжку и мечтательно уставился на осенние звезды.
Отлично. Максим уже выставил охрану. Я почувствовала себя намного спокойнее — значит, к нам не подберутся незамеченными.
Как странно и как хорошо прозвучало это «нам»…
— Я знаю, кто это, только у одного наемника такой почерк, — сказал Максим. Мы вошли в прохладный и пустой холл больницы — никого, заходи и делай, что захочешь. Но вот в конце коридора мелькнула зеленоватая тень, скрипнула дверь, выпуская луч света — бдительные часовые были на посту.
— Отлично! — обрадовалась я.
— Если бы все было так просто, — усмехнулся Максим. — Дитмар Каллениус никогда не выдает своих заказчиков. А тут он явно работает не от себя лично.
Дитмар Каллениус. Ну и имечко. Как раз для бульварного романа о наемных убийцах и прекрасных сыщицах.
— Я отправила письмо Энрике Сфорца, — по-прежнему тихо сказала я. Мы поднимались по лестнице, небольшая лампа на стене не могла развеять сумрак, и казалось, что тени, которые легли на ступени, движутся, стараясь дотронуться до туфель.
"Дежурная медсестра была занята важным делом. Рядом с ней сидел юноша в небрежно наброшенном на плечи халате — медсестра отчаянно с ним кокетничала, юноша решительно отвечал ей взаимностью, пылко восхваляя и глаза своей собеседницы, и брови, и губы, и все что ниже, и Максим улыбнулся краем рта.
Мы заглянули в палату. Анарен спал, все было спокойно. На его осунувшемся лице лежали тени, но я заметила, что сейчас он выглядит лучше, чем тогда, когда я отсюда уходила. Бог даст, завтра и правда все будет хорошо.
— Что теперь делать? — спросила я, вернувшись в коридор.
— Ждать нападения, чего же еще, — усмехнулся Максим, и его взгляд сделался жестким, как у стрелка за мгновение до выстрела.
